— Паршивец, — проворчал падший. — Книгу можешь поставить на свободное место на полке вон в том шкафу, — обратился уже ко мне Асмодей и указал на книжные полки у входа. Сам же поднялся со стула и, тяжело шаркая ногами, обошёл столешницу, взял миску с отходами и наклонился к ведру, намереваясь выбросить всё. В этот же момент кот спрыгнул со своего места и, подойдя ко мне вплотную, поднял голову, посмотрел на меня. А после молча запрыгнул на столешницу и протянулся было, намереваясь украсть креветку, но тут же был схвачен Асмодеем. К моему удивлению, не за шкирку, как это обычно делают люди, а именно за лапу.

— Так! — рыкнул библиотекарь нависая над наглым животным. — Я вроде предупреждал, чтобы ты не лез грязными лапами в еду. Только вот шерсти мне там не хватало.

Кот попытался было вырваться, отчего задвигал задними лапами, пятясь, но те скользили, у него ничего не получалось. Видимо, поняв это, кот увеличил скорость и задёргал хвостом. От недовольства происходящим он даже мявкнул, но, в очередной раз дёрнувшись слишком сильно, потерял равновесие и упал прямо на доску с креветками, перепугался и рванулся так, что всё находящаяся на ней разлетелось в разные стороны, в том числе и на пол.

— Марбас! — завопил Асмодей, глядя на содеянное. На мгновение показалось, что кота принёс наёмник, но совершенно неожиданно кот, оказавшись на свободе, прыгнул со столешницы в сторону кресла, явно целясь оказаться на его спинке, но в этот же момент библиотекарь схватил пустую тарелку, в которой до этого находились головы и панцири креветок и швырнул ею в животное. Схлопотав посудой по заду прямо в момент толчка задними лапами от стола, кот поскользнулся и с грохотом рухнул вниз, вслед за разбросанными ранее ракообразными.

— Что вы делаете?! — возмутилась я, подхватывая золотистое создание с пола и прижимая к груди: плюшевый, мягкий — так и хотелось его затискать. — Это же кот, нельзя в него кидаться посудой! А если бы вас так?!

Асмодей непонимающе посмотрел на меня, отчего я снова ощутила неприятный укол совести: он сам только недавно вернулся из больницы и медведь ведь в него не тапками и не тарелками швырялся. Кот прижался ко мне, едва не обнимая передними лапами и уткнувшись носом в разрез на блузке.

— Нозоми, опусти Марбаса на пол, — проговорил демон, поднимая руку и делая такое лицо, словно я держу в руках не кота, а что-то ужасно опасное для себя и окружающих.

— Что? — до меня сказанное библиотекарем доходит слишком медленно.

— Отпусти. Марбаса. На пол, — повторил тот, делая шаг в сторону, намереваясь обойти столешницу.

Я оторвала животное от себя и посмотрела в кошачьи глаза так, словно это как-то могло объяснить происходящее сейчас: серо-зелёные, с вертикальным, нормальным для таких как он зрачком.

Кот, которому явно нравилось моё тесное общество, недовольно забил хвостом и с презрительным прищуром посмотрел на Асмодея. Потом снова на меня. Моргнул. На мгновение я опешила, а после, едва не взвизгнув, инстинктивно отшвырнула животное как можно дальше от себя: глаза его сделались алыми, как у падшего.

Пушистое создание едва не врезалось в стену, но, несмотря на неожиданность моей реакции, сгруппировалось в воздухе, и оттолкнувшись лапами от книжных полок, отчего пара из них обрушилась, вместе со стоящими на них книгами, приземлился на рабочий стол, сбрасывая с него несколько свёрнутых ватманов, клавиатуру с мышью и едва не уронив в добавок ко всему моноблок. В этот же самый момент кот исчез, а на его месте, на четвереньках сидел Марбас собственной персоной, кисло улыбаясь.

— Чтоб тебя ангелы забрали! — Асмодей схватился за голову глядя на причиненный мною и наёмником беспорядок.

— А вот нечего было меня швырять, — отозвался тот, потирая руку и раздражённо кивая в мою сторону, словно во всём произошедшем была виновата только я.

— Нечего было превращаться в кота, — буркнула я. — Откуда я знала, что ты и такое умеешь.

Неприятно осознавать, что я обнимала этого психа. Так он же ещё и не против был. Ко всему прочему ещё и под юбку мне свой любопытный нос сунул.

— Нечего было тискать, — Марбас показал мне язык: почудилось, что он был всё ещё шершавый, как у кота.

— И нечего было воровать, — добавил библиотекарь, начав собирать разбросанные по полу креветки и бросать их в мусорное ведро.

— Нечего было хватать за лапу, — упорствовал демон, находя на любое обвинение отговорку. — Одну бы взял и всё. Устроили тут трагедию. — Наёмник сложил ноги по-турецки, продолжая сидеть на том же месте, где и приземлился, не боясь, что стол может не выдержать его веса.