– Не убей ближнего своего и воздастся тебе на небесах за деяния твои земные, – произнес вошедший Каним.

Он совершенно спокойно опустился на стул и закинув ногу на ногу устремил свои серо-кремнистые глаза на товарищей по команде. С минуту в комнате царила тишина.

– Я прошу прощения, – произнес парнишка, – я совсем забыл, что я странный и моя семья отлична от ваших, – он поднялся на ноги и поклонился, – еще раз прошу прощения за все, что я успел вам наговорить.

Он резко выпрямился и вышел из комнаты. Ребята неоднозначно дернули плечами и вышли следом.

Парнишка зашел в конюшню, ожидая своих товарищей. Он был расстроен, внутри все клокотало от негодования и неудержимой печали. Ко всему прочему примешивался какой-то непонятный страх. Каним никак не могу осознать, почему внутри все кричало ему об опасности. Неожиданно в затылке появилось неприятное ощущение тяжести, как будто кто-то стоял позади него. Стефан резко развернулся и вскинул свой воздушный лук.

– Полегче, парень, - грубый голос огласил конюшню, - негоже полукровкам полукровок убивать.

– Ах, это ты, Зиг, - видев стоящую перед ним гору мускулов, облегченно выдохнул парнишка, - прости, просто сейчас не лучшее время для разговора.

Мужчина не двигался с места. Он внимательно изучал фигуру Каним с ног до головы, оглядывая его. Рыжеволосому стало не по себе. Парнишка неуклюже помялся на месте, не решаясь снова заговорить. Неожиданно Зиг сделал пару шагов навстречу к аристократу, парнишка невольно отступил на пару назад.

– Не бойся, - немного надменно усмехнулся бродяга, - я таких же как я сам не трогаю.

– Тогда, что тебе от меня нужно? – не ослабляя бдительности, спросил Каним.

– Я не знаю, что за игру ты ведешь, - задумчиво произнес мужчина, идя к нему, - но чтобы ты не затеял откажись, пока не поздно.

– О чем это ты?

– Не притворяйся, что не понял, о чем я говорю, Стефания Каним.

Парнишка замер. Внутри все упало. Он вскинул свои кремнистые глаза на гиганта. Он стоял совсем рядом, но в его позе не было ничего угрожающего.

– Как? – только и смог вымолвить рыжеволосый.

– Я умею читать ауры, - пояснил полукровка, склонившись над Каним, - я вижу твой истинный духовный образ и он поистине прекрасен. Я не понимаю, зачем тебе все это, хотя думаю, что смутно догадываюсь. От потомков Финикса Каним можно было ожидать чего-то подобного. Вы ведь все не такие, как остальные.

– Что ты хочешь за молчание?

– Ничего, - выпрямился во весь свой небесный рост мужчина, - я лишь прошу быть осторожнее. И еще раз подумать стоит ли то, чего ты сейчас так сильно желаешь того, чем рискуешь.

– Почему ты меня не сдашь? – все никак не могу понять задумку Зига парнишка.

– Я не такой, да и тем более мы полукровки, а полукровки должны помогать друг другу, - пожал плечами Зиг, - я лишь скажу тебе быть осторожней, юная воительница, будет жалко, если такой замечательный духовный воин пропадет.

Он поклонился и хотел было уже уйти, но Стефан остановил его, цепко ухватив за широкую ладонь.

– Спасибо, - от всего сердца поблагодарил его парнишка.

– Если нужна будет моя помощь просто повой и я приду.

– Это ведь не из-за того, что мы полукровки, так ведь?

– Да, - довольно кивнул мужчина, - мне еще никогда на пути не попадались столь прекрасные создания. И мне кажется, что ты есть тот ветер перемен, которого многие так ждут.

– Не надо возлагать на меня столь великие надежды, - неожиданно серьезно произнес Каним, - я всего лишь ребенок, который играет с огнем, которого так сильно боится.

– Но ты единственный ребенок, который отважился на это.

Стефан со скучающим видом разглядывал облака, окружавшие его со всех сторон. Утро выдалось на редкость промозглым для этой части Вондерландии. Но Каним нравилось ощущать на своих бронзовых локонах осевшие капельки возвышенной прохлады. Крепко держась за Эбила, Стефан вглядывался в даль, старясь увидеть там нечто новое, но на горизонте все было неизменно. Словно Богиня повелела стражам сохранить этот участок ее творения в первозданном виде на вечность.

Внезапно царящую тишину прорезал волчий вой. Зазывной, отчаявшийся, но одновременно полный надежды. Парнишка незамедлительно оживился. Его голова вертелась без устали, он нагибался все ниже и ниже и наконец попросил Бонгейла.

– Эбил, можешь спуститься за кромку облаков, ниже?

– Могу, – весело отозвался парнишка и пришпорив пегаса, нырнул в пушистые облака.

Остальные члены команды последовали за ним. Паря над пустынной землей, они непонятливо вглядывались в безжизненное пространство, которое вольно расстилалось под копытами их пегасов.