– Улыбайся чаще, Стефи, - аккуратно поправил бронзовые локоны сестры Каним, - у тебя самая прекрасная улыбка во всем Зазеркалье.

– Да я само совершенство, - засмеялась девушка, - что уж тут скромничать.

– Ты права, скромность это не наша юрисдикция, - подмигнул юноша.

Догнав их, Бонгейл взглянул на отпрысков дома Каним со стороны. Оба такие юные, с задорным смехом и искрами в глазах, полные жизни и особого честолюбия, которое он видел только в очертаниях их семьи. Но в фигурах каждого Эбил читал напряженность и в их движениях была какая-то скованность, порождения их отличием от остальных.

– Почему замерли? – звонко воскликнул юноша, поняв, что его заметили.

– Чтобы ты за нами поспел, - задорно отозвалась Стефания, звонко цокнув языком.

Сильвиус сорвался с места и помчался вперед. Бонгейл видел, как он мелькал в золотистых полях, словно яркая звезда, упавшая с небес и порой вспыхивающая серебристым светом.

Сиан с Брайаном спрыгнули с коней, и их невысокие каблуки звонко ударились о каменную дорожку. Они задорно переглянулись меж собой, и отдали жеребцов подбежавшим дроу, которые тут же исчезли.

– Какое-то странное ощущение, - восторженно воскликнул младший.

Брайан взглянул на брата и поразился сквозившему в его глазах задору, но больше всего его удивило не это, а то, что они были полные какой-то надежды – огромной и всепоглощающей. Он тоже чувствовал в себе возбуждение, но в нем не было той энергии, которая лилась ручьями из его младшего брата. И снова это чувство в потребности защитить брата ото всех опасностей накрыла его с головой. Оно плясало у него перед глазами, выводя узоры на кончиках его пальцев. И страх перед неизбежным сковывал его сердце, которое чувствовало приближение неотвратимой беды.

– Ты просто возбужден, как обычно, - отшутился белокурый, - очередная девица на подходе.

– Не говори так про мою будущую невесту.

– Твою? – удивленно взглянул на брата Брайан, - ты что разорвал наше пари? А вот я все еще играю.

– Ну давай сыграем, - ухмыльнулся в ответ юноша, - вот только у тебя нет шансов.

– Это почему?

– Говорят она начитанная, я хоть смогу поддержать разговор, а ты будешь просто открывать рот, словно выброшенная на берег рыба, а еще я обаятельнее.

Старший близнец отвесил младшему знатный подзатыльник. Сиан уже было собрался наброситься на брата, но тут их за шкирку ухватила сильная рука. Рапирщики шумно сглотнули и притихли, ощущая как на их холках сжимаются до ужаса родные пальцы.

– Только попробуйте опозорить меня, - грозно прошипел мужчина на ухо своим сыновьям, - и я убью одного из вас, ибо я нуждаюсь лишь в одном наследнике.

– Да, сэр, - пискнули белокурые близнецы.

Нарсис выпустил своих сыновей и весьма сильно толкнул их вперед. На долю секунды младший скользнул взглядом по лицу, стоявшего позади отца. На его губах красовалась злобная усмешка, которая возникала лишь в момент истинного упоения.

– Брайан! Сиан! – окликнул их Идем.

Близнецы обернулись на звук голоса своего отца, трепеща внутри, но внешне оставаясь спокойными, словно скала.

– Смерть все равно ждет одного из вас, если Стефания предпочтет вам другого.

Стефания приподнялась в седле и ее бронзовые локоны, откинутые назад ветром, бросились, словно звери, в лицо сидевшего позади Лукиана, мешая дышать. Оборотень пытался выплюнуть попавшие ему в рот локоны, но его попытки оказались тщетными.

– Прошу сядь, - донеслись до девушки слова брата, - я ничего не вижу.

– Сильвиус и без тебя доедет, - весело отозвалась Каним.

– Я сейчас твоими волосами поперхнусь!

Полукровка вынуждено села и ухватилась за гриву жеребца. Впереди уже виднелись стены приближающей столицы. Они окрашивались в темные тона начинающейся бури, которая уже громыхала подле обители царственного дома. Внезапно молния сверкнула над пиками белокаменного замка и озарила их своим белесым светом. Юная воительница восхищенно воскликнула, снова вскочив в седле. Длинный шпиль вспыхнул ярким серебряным блеском, словно огненно-синий цветок в обрамлении природного белого огня. Он полыхал на черничном небе. Было слышно, как флаги с изображением феникса, яро бились друг о друга. Город пел отголосками праздника и бури в эту чудесную рунную ночь.

– Грейтбург! – радостно воскликнула Каним, - да сохранит его Богиня!

Юноши ворвались в бальную залу и ослепительный свет свечей ворвался в их юные сердца. Все сверкало праздничным блеском. Золоченные залы были залиты плавной, мелодичной музыкой и волшебно одетыми пуринами, на лицах которых сияли радостные улыбки, кончики которых были увенчаны нотками зимнего праздника.

– Стефания еще не прибыла? – подскочил к стоявшему поодаль от щебечущих юнцов де Весту, - нет-нет-нет?!