Проходя мимо своего дома на обратном пути, Пол с трудом поборол желание угнать машину, которую приходилось делить с отцом. Почти всегда он подвозил его утром на работу, а затем отправлялся в школу. Сегодня же отец оставался дома. Пол качнул головой и продолжил путь. Он устал от всего: от дома, от отца, от этой полосы в жизни. Проведённая в лесу ночь всё расставила по своим местам.

Проникнуть в школу было довольно легко — проучившись в маленькой школе высшего звена несколько лет, он знал тут каждый закуток, который позволял забраться в заведение без ведома администрации. После быстрого душа в раздевалке Пол привёл себя в порядок. Не хватало ещё, чтобы его начали дразнить арестом и папочкой, который выгнал сына на улицу. Одеваясь, он надеялся, что ещё никто не слышал о произошедшем инциденте.

Весь день Пол больше походил на призрака, слонявшегося по людным коридорам школы. Панические мысли поглощали всё его внимание — куда идти дальше? что предпринять? В городе у него не было семьи, да и по-настоящему близких друзей — тоже. Знакомые и приятели, с которыми привык зависать, в расчёт не шли; никто из них не согласится приютить его. Да и гордыня не позволит просить их об этом.

В классе математики Пол безучастно оглядывал одноклассников, а особенно — одноклассниц. Если бы у него была подружка, возможно, он бы остался у неё. И снова мысль пошла прочь из головы. Один лишь вспыльчивый нрав уже отпугивал женский пол. Ни одна девушка из резервации по-настоящему не привлекала внимания разгорячённого индейца. Все они казались ему какими-то юными, совсем ещё зелёными. Проблем и без того хватало, чтобы разводить ничтожные драмы с несозревшими второкурсницами.

После урока, притворившись, что внимательно словил каждое слово учителя, Пол сдал учебники и прошёл к своему шкафчику, мыслями витая в миллионах миль отсюда.

— Слышал, ты ввязался в драку в «Вилидж Тэп» этой ночью, Полли, — выдал Скотт.

Пол сжал зубы, захлопнул дверцу шкафчика и встал лицом к лицу с назойливым одноклассником.

— Воу, остынь, — хохотнул Скотт, закрывая собственный шкафчик. Обеспокоенно взглянув на Пола, он тут же пожалел о своём комментарии.

— Я тебя как минимум восемьдесят раз просил не называть меня Полли, — рыкнул он, с трудом сдерживая эмоции, схватил Скотта за шею и ударил о шкафчик.

«Остановись! Что ты творишь, кретин? Хватит драк!»

Пол понимал, что не в его интересах затевать очередную потасовку после недавнего ареста, однако в унисон его же совести молвил ещё один голос:

«Да кто он вообще, чтобы так с тобой разговаривать? Так ему и надо! Надери ему зад».

Низкий, гортанный рык вырвался из горла; с подачи Пола Скотт снова врезался в железный шкафчик, выкрашенный в оранжевый цвет. Хватка крепла. Скотт молотил руками и ногами, а глаза его от ужаса лезли на лоб.

Ученики, наблюдавшие за мучениями Скотта, расступились в стороны.

— Чувак, отпусти его, — завопил какой-то студент, оттаскивая Пола за плечи.

— Прекратите! — визжала девушка.

Задворками собственного сознания Пол понимал, что все эти люди становились свидетелями очередного взрыва, и снова попытался успокоиться. Недовольно ворча, он подался вперёд последний раз и наконец отпустил паренька. Скотт рухнул на пол, жадно хватая ртом воздух; вскоре цвет его лица приобрёл привычный оттенок. Пол попятился.

По толпе прошёлся шёпот, и все ученики расступились, когда Пол прошёл мимо, словно бы вышагивал он по красной дорожке.

«Чёрт».

***

Тем же вечером Пол отыскал припасённый им батончик мюсли. Сэндвич и содовая с ланча уже были съедены, но чувство насыщения всё никак не приходило.

Он вернулся к своему лагерю вблизи Первого пляжа и без труда развёл костёр. Голод был наименьшей из проблем. Сгущалась ночь, и лесные звери активизировались пуще прежнего.

Где-то вдали завыл волк. От устрашающего звука волосы встали дыбом. Пол откинулся к дереву, не сводя взгляда с огня. Он чувствовал себя настоящим параноиком.

«Расслабься. Та ночь прошла нормально, и в эту ничего страшного не произойдёт. Успокой нервишки».

Чуть погодя он уже погрузился в сон со сжатыми по бокам кулаками. Рядом на земле лежал охотничий нож, но даже он не смог бы спасти в случае нападения большого зверя.

Во сне Пол нахмурился. Ему снилось, что за ним наблюдает пара карих звериных глаз из глубин леса. Дыхание животного в прохладном ночном воздухе превращалось в пар. Затем картинки сменились чередой легенд о предках, которые когда-то рассказывал отец. Застывшие темнокожие мужчины зашевелились и преобразились в нечто огромное и тёмное, что не поддавалось точному описанию.

И тогда один из них внезапно прыгнул на Пола. Чем ближе оно приближалось, тем чётче тёмная фигура приобретала очертания оскалившегося серо-белого волка.

Пол ахнул, выпрямился и схватил нож. За спиной раздался шелест, и, ещё больше испугавшись, парень вскочил на ноги.

Пока Пол обыскивал взглядом темноту, сердце отбивало сумасшедший ритм в груди. Руки дожали. Вдруг в противоположной стороне опушки раздался шорох. Это шуршали листья. На мгновение взгляд словил что-то, что в следующую секунду снова сменило своё местоположение, сломав ветку. Через несколько секунд шелест послышался уже справа.