Словно увидев что-то в глазах снова ощутившего опьянение, оказавшись в тепле, Дэрила, Кэрол вдруг отшатнулась и резко отступила в сторону, делая еще один шаг назад и вжимаясь спиной в соседнюю стену – почти в угол. Так близко – можно протянуть руку и коснуться ее, что он, поколебавшись, и сделал. Медленно проводя по щеке Кэрол, недоверчиво глядя в ее настороженные глаза и отдергивая пальцы. Словно – два врага, а не…

А кем, собственно, они были? Да никем. Никем и остались.

– Прости меня, - неожиданно дрогнувшим голосом извинилась Кэрол.
– Я тогда погорячилась. Я обидела тебя, да? Если честно, я даже плохо помню, что тогда говорила тебе. Страшно представить, что я могла наговорить в таком состоянии. Я слишком испугалась: сначала за Софию, потом за то, что я что-то снова упускаю в ее жизни важное. Что не понимаю ее, чего-то не даю, чего-то не вижу, что ей приходится искать помощи у кого-то другого, даже если это ты, что она замалчивает проблемы, не решаясь мне рассказать. Тебе, наверное, сложно понять…

Она говорила и говорила, что-то пытаясь объяснить, снова упоминая, что Дэрил должен был с ней поговорить, обсудить, спросить, и что они бы вместе потом все решили. Голос Кэрол становился выше и уверенней, а он только кривился, уже не понимая слов и снова злясь, на то, что она, вроде бы извинившись в начале, опять стала учить его жизни, пытаясь переделать. Вместо того, чтобы пить этот чертов давно остывший кофе, вместо того, чтобы постараться уже вычеркнуть из памяти последние дни, Кэрол просто стояла тут и говорила, обвиняя, упрекая и непонятно чего добиваясь.

Она именно для этого и позвала его в дом? Не для того, чтобы извиниться по-настоящему? Не для спокойного разговора? Не для глупого, никому не нужного распития кофе на ее уютной кухне, где огромный букет смотрелся аляповато и чужеродно? Не для того, чтобы провести это время без сна более приятно? А лишь для того, чтобы снова что-то доказывать и выносить мозг его виной.

Дэрил медленно отлепился от стены, делая шаг навстречу продолжающей рассуждать что-то о каком-то там доверии и ответственности Кэрол и медленно скользя по ней взглядом – с ног до головы. Раздражаясь из-за этой такой простой, такой детской и совершенно не интересной пижамы. Злясь на такие короткие, седые волосы, с которыми она ничего не делала. Сжимая кулаки при виде искорки страха, которая никогда не пропадала из всегда немного встревоженных голубых глаз. Вглядываясь в бледную тонкую кожу и отмечая маленькие морщинки, слишком тонкие и так некрасиво поджимающиеся губы. Она была такой – никакой. Почему-то вспомнилось первое впечатление. Говорят, оно не бывает обманчивым?

– Дэрил все хорошо? Почему ты так… - прервала Кэрол свою речь, неожиданно пытаясь попятиться и лишь сильней вжимаясь в стену.

Заставляя вдруг усмехнуться при виде этой слабости. Этого покорного испуга – она даже не пыталась сбежать, закричать или ускользнуть. Только молча смотрела, как он надвигается на нее, резко проникая не жалеющими нежную кожу руками под футболку, накрывая мягкие губы совсем не осторожным поцелуем и даже не думая о том, что она может быть против.

Наверное, потом у нее на теле останутся синяки, но сейчас об этом думать не хотелось, проводя ладонями по обнаженной коже, сжимая и сминая до стона, выдыхаемого в его губы. Наверное, ей было больно, когда он слишком резко подхватил ее под бедра, пытаясь вжаться сильней, и одновременно стащить не поддающуюся одежду. Наверное, она сдавленно вскрикнула совсем не от наслаждения, когда он прикусил такую нежную кожу плеча, сдвигая края футболки и тут же комкая ткань в попытке снять.

Он на секунду отстранился, вглядываясь в ее лицо и видя раскрасневшиеся щеки, затуманившиеся глаза и ищущие его кожу губы. Чувствуя, как торопливо она справляется с пуговицами на его рубашке и как нежно, медленно и осторожно проводит подрагивающими пальцами по его напряженному телу. Как во сне ощущая раздражающе мягкие, ласковые, успокаивающие поцелуи на лице, на губах. Она даже тут, даже сейчас пыталась делать все так, как ей хочется. Чего она добивается этим? Того, что он последует ее примеру, боясь даже коснуться лишний раз ее кожи? Не решаясь сжать до боли, до полустона-полувздоха и внезапно распахивающихся глаз, в глубине которых все еще плещется этот, такой сладких и такой убивающий, страх?

Отступив на шаг назад, чтобы, наконец, избавиться от ее никак не желающей сниматься одежды, Дэрил пьяно пошатнулся, натыкаясь на стол, выставляя руку в попытке удержаться на месте и слыша грохот с последующим звоном. Чашки с кофе полетели на пол, упавшая ваза раскололась, а он скривился, накрытый новой волной головой боли. И отрезвляющей мыслью о том, что было бы, если бы не эта случайная оплошность.

А сама Кэрол, хлопающая глазами и все еще прижимающаяся к стене, наверное, даже ничего не поняла. Того, что, если бы она не отвечала, ничего бы не изменилось. Что он был слишком пьян, слишком зол, чтобы обращать внимание на ее желание или… нежелание. Что, если бы не эта чертова ваза, он бы сорвал сейчас с ее тела нелепую одежду, он бы просто делал все, что хотел. Что хотел он, наплевав на нее.

Оклик проснувшейся от шума Софии заставил Кэрол торопливо выскользнуть из кухни, спеша к дочке. Мягкий успокаивающий голос женщины, утешающей девочку, раздавался из приоткрытой двери детской комнаты, а Дэрил медленно отступил от стены, рядом с которой стоял, вжавшись лбом в прохладную поверхность и пытаясь привести в порядок дыхание. Ненавидя себя так, как никогда раньше. Лучше бы он сегодня сюда не приходил. Лучше бы его вообще никогда в ее жизни не было.

– Дэрил!
– раздался голос Кэрол за спиной.

Но он даже не оглянулся, быстро пересекая двор.

Вваливаясь в свой дом, сползая по запертой двери на пол и обхватывая голову руками. Он слишком много пьет. Он слишком часто злится. Он не боится причинять боль. Ему это так напоминает… отца.

***

Мальчик сидел на кровати, листая подсунутый старшим братом комикс, но вместо заученных на память картинок вспоминал только что увиденную сцену. То, как отец, намотав на кулак волосы расплакавшейся матери, вжал ее в стену, что-то цедя ей в лицо. То, как он зачем-то дергал ее одежду и называл уже давно известными, но все еще не вполне понимаемыми Дэрилом словами. То, как Мэрл торопливо схватил младшего за ворот футболки, подталкивая в сторону их комнаты и запираясь внутри.