Как раз в это мгновение стук одного из сердец прекратился, и они услышали раскатистое рычание новорожденного.

Эдвард автоматически задвинул Беллу за спину, но она все равно выглядывала через его плечо.

Люди завизжали, отступая назад в панике, когда новорожденный показался в дверях комнаты, а затем бросился на толпу.

– Стоять! – грубо крикнул Арнольд, и люди, уже готовые убежать, застыли на месте. Женщины рыдали, не в силах ослушаться приказа, мужчины подвывали от отчаяния. Но не только человеческие существа не могли сдвинуться с места. Новорожденный точно так же замер посреди площади, с яростью скаля зубы и захлебываясь диким рычанием. Он затравленным, безумным и пустым взглядом скользил по лицам людей, его мышцы сокращались, но ноги словно приросли к земле.

– Видишь? – торжествующе повернулся Арни к Эдварду. – Я могу заставить его, и он никого не тронет. Что скажешь? До сражения он же ведь не умрет от голода?

Эдвард колебался. Его потрясение было настолько огромным, что он потерял дар речи, не в силах оторвать глаз от рычащего новорожденного, подчинившегося гипнотическому воздействию. Эдвард хотел подойти к нему, но обнаружил, что точно так же не может сдвинуться с места. Изумленный, он не мог подобрать нужных слов.

Белла пришла ему на помощь, первая заговорив:

– Ну, пожалуй, пару часов он потерпит.

– Да, - согласился Эдвард с облегчением, он совершенно не ожидал такой вот развязки ситуации, приготовившись уже потерять несколько людей. Но Арнольд явно времени даром не терял, развивая и изучая свой дар последние дни. – Это… впечатляет.

– Я знаю, - самодовольно изрек Арнольд, улыбаясь и немного выпячивая грудную клетку. – И мне действительно нравится это!

Когда второй новорожденный застыл рядом с первым, Арни распустил толпу, чтобы новые вампиры не сходили с ума, смотря на людей. Он увлек их на частокол, чтобы дать глотнуть свежего воздуха и привести в чувство, а затем поговорить с ними и все объяснить. Выступление было запланировано немедленно, осталось лишь сделать так, чтобы эта информация уложилась в головах только что обращенных. А они не способны были трезво мыслить и прекратить рычать, находясь так близко от запаха крови. 

Эдвард отвел Беллу в комнату, чтобы также поговорить. 

Белла уже знала, о чем пойдет речь, поэтому сразу, как они вошли внутрь, скрестила руки на груди.

– Белла… - нахмурился Эдвард, увидев ее позу и упрямое выражение ее лица.

– Эдвард, - спокойно, но твердо ответила Белла в тон ему.

– Ты не станешь сражаться, - прорычал Эдвард, сердясь и сжимая кулаки.

– Я тоже хочу убить парочку чудовищ, - надула губы Белла. – Я хочу.

– Ты не будешь убивать!

– Они же не люди, - напомнила Белла.

– Неважно, кто, ты не будешь убивать.

Белла скептически подняла бровь.

– И кто же меня остановит?

Эдвард пораженно простонал, закатывая глаза и хватаясь за голову.

– Белла! – тон его стал побежденно-умоляющим.

– Эдвард! – упрямо повторила Белла, не собираясь сдаваться.

Рассердившись, Эдвард сел на пальмовые листья и отвернулся. У него был вид обиженного мальчика, которого жестоко обманули. В глазах застыла боль, и он ничем не мог скрыть ее. Он готов был остаться в этой комнате и никуда не выходить, раз уж не может уберечь свою девушку от беды, снова.

– Ну что ты, перестань… - прошептала Белла, присаживаясь рядом и кладя руку любимому на плечо. Эдвард не повернулся и ничего не сказал, даже когда она попыталась поймать его хмурый взгляд.

– Ну пожалуйста, не сердись, - попросила она с нежностью.

Эдвард вздохнул. Кроме этого, он больше ничего не сделал. На несколько минут повисла напряженная тишина.

– Это шантаж, - заявила Белла недовольно, и теперь она тоже была сердита.

Эдвард посмотрел на нее обиженно.

– Я поклялся, что уберегу тебя от ошибок. Чего стоят мои обещания, если я не могу их выполнить?

– Но это же мой выбор, - возразила Белла.