– Какого чёрта ты вытворяешь, женщина?!

Она улыбнулась, по-прежнему сидя на трупе, обхватывая его ногами с двух сторон и прекрасно понимая, как это выглядит.

И каким неприличным может показаться.

– А что вы, мистер Райан, думаете, я делаю?

– Ну, просто...

Вайнона снова хихикнула и соскользнула со стола.

– Иногда их приходится выпрямлять, чтобы тело поместилось в гроб. Неприятно... Но необходимо. В каждой работе есть свои неприятные моменты, ведь так?

Райан проигнорировал её вопрос и уставился на тело.

– Это Мейхью?

Сложно было сказать точно. Райан долгие годы был знаком с Дьюи Мейхью, но то, что осталось... Оно лишь смутно напоминало человека.

Скорее раздувшееся, бледное, сшитое нитками чудовище из театральной постановки.

– Да, - ответила Вайнона, быстро прикрывая тело простынёй.

– Господи, он выглядит ещё хуже, чем мне описывали.

Вайнона обиделась.

– Это всё, что я смогла сделать.

Майк Райан был крупным мужчиной с густыми бровями, жестким лицом и пристальным взором, который, казалось, видел человека насквозь.

Он был хозяином местного ранчо и очень богатым человеком.

Одевался только в лучшие костюмы, привезённые из Сент-Луиса, владел отелями в Вирджинии и Неваде и контролировал добычи и продажи с нескольких медных и серебряных рудников.

С этим человеком нужно было считаться.

Если вы ему нравились, можно было вздохнуть спокойно; а если нет - он мог уничтожить вас, ведь почти всё и все в Волчьей Бухте и её окрестностях принадлежали ему.

Он был хорошим приятелем Лаутерса и в своё время поспособствовал тому, чтобы тот занимал сейчас пост шерифа.

К тому же, он был мэром и главой городского совета в одном лице.

Вайнона сполоснула руки в тазе с водой, вытерла и припудрила тальком.

– Чем я могу помочь вам, мистер Райан, этим прекрасным днём?

– Прекрасным?
– гневно переспросил Райан.
– Что в нём прекрасного, Вайнона? Людей убивают!

– Просто речевой оборот.

Он посмотрел на нее с отвращением.

Его не заботили гробовщики в целом, но женщина-гробовщик... это было противоестественно.

– Ага. В общем, я пришёл сюда не для того, чтобы болтать с такими, как вы, - он вытащил из кармана золотые часы.
– Мне нужно надгробие.

– Ясно, - ответила Вайнона, пытаясь притвориться и вести себя подобающе.
– У вас в семье кто-то умер?

Она внимательно следила за голосом, стараясь не выдать волнения.

– Нет, не умер, - медленно ответил Райан.
– Пока. Это для меня. Мне нужны гроб и надгробие. Самые лучшие. Я хочу, чтобы люди, проходя мимо моей могилы, останавливались и думали: «Вот здесь покоится богатый человек». Ясно? Самые лучшие!

– Я знаю прекрасного скульптора и каменщика в Вирджинии, мистер Райан. Он непременно создаст то, что подобает человеку вашего положения.

– Мрамор. Самый качественный, который только можно заказать. Самый лучший. Импортный. Вы можете это устроить? Я как-то заказывал итальянский мрамор для ванной комнаты. Думаю, сюда надо что-то подобное.

– О, можете быть уверены...

– Чёрт, не надо меня уверять! Просто сделайте!

– Конечно, сэр. Всё будет сделано.

– Отлично, - буркнул Райан.
– Принимайся за дело, женщина. Я вернусь послезавтра, обсудим детали.

Райан выскочил из комнаты, оставив Вайнону с широкой улыбкой на бледном лице.

Насвистывая веселую мелодию, она продолжила втискивать Мэйхью в дешёвый сосновый гроб.

Жизнь приносит деньги.

Как и смерть.

– 28-

Доктор Пэрри направлялся к Клауссену. Спина доктора ещё больше разболелась от смены погоды.

Он аккуратно ступал по изрезанной колеями дороге, то и дело поскальзываясь на снегу и чертыхаясь под нос.

– Бог свидетель, - бормотал он, - если я упаду, то уже не поднимусь.

Мимо него по своим делам спешили люди пешком, на конях и в повозках.

Все махали ему.

Многие останавливались поговорить.

Но у Пэрри для этого не было настроения.

Он пытался свести к минимуму количество инъекций морфия, но той дозы, которая убирала боль ещё неделю назад, сегодня хватало лишь, чтобы раздразнить организм.

Но ему следует быть осторожным.

С наркотиками дурака не поваляешь.

Зависимость возникает очень быстро, и у Пэрри уже начали появляться её первые признаки: потеря аппетита, эйфория после инъекции и постоянная потребность во всё большей и большей дозе.