Дети начали отводить свои глаза, признавая её правоту.

– И вместо того, чтобы пачкать свои руки и мое платье, лучше бы пошли и исправили то, что натворили.

Кэйтлин отвернулась от детей и продолжила путь и, не услышав больше ругательных слов, поняла, что её уже не преследуют. Она сбежала с горки к океану и побрела вдоль берега.

Альфа ошибся с её наказанием, похоже, она страдает меньше всех.

Отойдя намного дальше, чем следовало, Кэйтлин присела на землю, укрывшись за высоким кустарником. Ей было о чем подумать. Надо бежать, но побег невозможен. Надо все рассказать, но говорить страшно. Надо быть бесстрастной, но страсть сжигает сильным огнем, особенно в объятьях мужа. Надо, надо, надо. Нельзя, невозможно, не получается! Столько противоречий в её жизни и все из-за одной маленькой ошибки природы, что разрушила и продолжает рушить её жизнь.

Глава 7.

Бартон пропустил обед, да и ужин уже, наверное, начали без него. Он весь день находил себе какую угодно работу и дело, только бы не возвращаться домой. Ему не хотелось снова встречаться с Кейтлин и её холодным взглядом. Они вместе только два дня, и он не думал, что её холодность его зацепит. Но Бартон, неведомо как, уже привязался к юной жене, ему было хорошо с ней в постели и он не хотел её безразличия. Кэйтлин слышала его слова, и они обидели её. Но девушка должна принять их, так как это правда – его сердце закрыто для неё, Ула постаралась для этого.

Уже начало темнеть, и пора было вернуться домой, не ночевать же на улице.

Дома его встретил уютно потрескивавший камин и запах яблочного пирога, который стоял на столе. Милли и Дэрин сидели в тишине. Бартон прикрыл дверь:

– Как вкусно у вас пахнет! Надеюсь, Милли не съела весь пирог и оставила мне кусочек?

Девочка не ответила и даже не повернулась к отцу. Дэрин резко встала и посмотрела на Бартона, сжав губы. Мужчина знал это взгляд, что-то произошло.

– Что случилось?

– Папа! – вдруг крикнула Милли, и со слезами кинулась к отцу. – Я не хотела! Не хотела! Прости меня!

Бартон подхватил дочь на руки и прижал к себе:

– Тише, милая, успокойся. Все хорошо.

– Твоей жены нет, – сжимая руки, сказала Дэрин. – Она ушла перед обедом, и до сих пор её нет.

Бартон медленно опустил дочь на пол:

– Ушла?

– Папа, это из-за меня! Я сказала, что она лгунья, и сказала, чтобы она уходила из нашего дома. Прости меня, папа! – рыдая, девочка подбежала к Дэрин и обхватила её за ноги.

Бартон напряженно посмотрел на тетку в ожидании объяснений.

– Девочки гуляли с Милли утром и наговорили ей всякого. Она пришла домой вся в слезах и… Ну, а потом и сами девочки заходили, они признались, что бросались в Кэйтлин грязью и видели, как она спустилась к океану. Я выходила её позвать к обеду, но её нигде не было. А я ей сказала далеко от дома не отходить.

Бартон сжал кулаки, ярость загоралась в нем:

– Почему не послала за мной?

– Я думала, она вот-вот вернется, не хотела тебя беспокоить напрасно. Бартон, я не думаю, что она ушла, может, просто гуляет и забыла о времени?

Мужчина развернулся и направился к выходу, но перед самой дверью обернулся и, вернувшись, подхватил дочь на руки:

– Хватит, Милли, хватит слез. Ты не виновата ни в чем. Кэйтлин ушла не из-за тебя.

– Правда?

– Ты же знаешь, я никогда не вру, – ответил отец и, поцеловав дочь, передал её тетке. – Ложитесь, не ждите нас.

Мужчина вышел из дома и сбежал с горы к океану.

Ярость и тревога наполняли его до краев. Неужели в жизни все повторяется? Неужели ему не суждено обрести обычного счастья и покоя? Несмотря на обстоятельства, из-за которых Кэйтлин появилась в его доме, ему было хорошо с ней, и он на одно мгновение поверил, что и Кэйтлин может желать быть с ним. Но похоже у него на роду написано не быть счастливым с женщиной. Ула предала его через два года, а Кэйтлин не продержалась и двух дней. Но как далеко она ни сбежала, он найдет её, вернет и …

А если с ней что-то случилось?

Бартон доверился интуиции и побежал вдоль берега, вглядываясь вдаль. Он резко остановился, когда из-за тени высокого кустарника показался силуэт, в котором он узнал свою жену. Она медленно шла в сторону дома, неся в руках свою обувь, волосы её были распущенными и влажными, а платье чуть льнуло к телу, говоря о том, что недавно она купалась в океане. Завидев его, Кэйтлин чуть сбавила шаг и перекинула волосы назад. Она медленно подошла и остановилась в паре метров от мужа.

Она не сбежала – камень свалился с его души. Но потом ярость снова наполнила его: она ослушалась, ушла далеко без позволения, хотя он предупреждал об этом.

Кэйтлин опустила глаза, читая на его лице ярость:

– Я гуляла и зашла далеко…

– Подойди, – перебил её Бартон.

Девушка быстро поправила волосы, скрывая свое беспокойство, но осталась на месте:

– Я просто забыла…

– Я велел тебе подойти.

Кэйтлин сделала небольшой шаг вперед, не решаясь смотреть на мужа.