– Пожалуйста, Серый Ветер! Я не буду возражать, если вы сами откроете мой блок. Ну, или сломаете его. Как получится. Мне всё равно, только бы разрешили зайти. Мне здесь... страшно!

– Я не понимаю этого вида магии, - проговорил старый ведун.
– Она слишком сильно отличается от того, что вообще я знаю. Девочка, тебе придётся просидеть здесь ночь, пока мы, преподавательский состав академии, обсудим твоё положение.

– Что?!

Он стоял возле защиты. Один шаг - и старик за нею и всё так же бесстрастно смотрит на неё сквозь невидимую преграду. Марина бросилась к нему, не замечая своих слёз - уже не от страха. От потрясающей обиды. Оставить её здесь, в темноте, в одиночестве, поблизости с теми, кого они сами боятся?!

Она увидела, как старик обернулся вглубь на какой-то странный звук. Обернулся и невольно открыл Марине то, на что сейчас смотрел: Шторм рвался из рук тёмных драко к защите и рычал что-то, что она не могла расслышать в гомоне тех, кто уговаривал его успокоиться, но сумела считать с его губ: "Отпустите меня к ней!" За той же защитой она различила негромкий голос Ветра: "Успокойте его!" Он только договорил, как молодой ведун вырвался-таки из удерживающих его рук и бросился... на старого ведуна. Два боевых посоха скрестились, рассыпая магические искры, но поединок был прерван в самом начале: декан Баз мягко, стремительной тенью переместился к молодому ведуну и открытой ладонью ударил его по виску. Шторм покачнулся, а потом медленно закрыл глаза, будто очень устал, и рухнул к ногам Серого Ветра. Его рука ударилась о покрытие дороги, и полураскрытый кулак оказался притиснут к стене защиты.

Марина быстро присела рядом с ним. Слёзы сразу высохли. Пальцами провела рядом с ладонью Шторма. "Ты - за меня. Но лучше бы я сразу..." Что - сразу, она не смогла додумать, а только уже бездумно гладила и гладила невидимую стену, судорожно вздрагивая от недавнего короткого, но глубокого плача, представляя, что гладит его руку, привалившуюся к защите, пока эта рука не поехала от неё, когда Шторма подняли, а потом и унесли. Теперь в тёмной и безликой толпе за защитой она не могла разглядеть ни одного знакомого лица. Пока не развернулся старый ведун.

– Девочка, прости. Но мы не можем снова рисковать жизнями студентов, как это было в прошлый раз. У нас нет выхода.

– Нет?
– перебила Марина, став на ноги и сообразив, что именно он собирается ей объяснять дальше.
– Нет выхода? А я? Я не студентка? Хотите из меня жертву сделать? Типа - на, чудовище! Сожри эту жертву, поскольку мы её не понимаем! Только нас в живых оставь! Да? Так?

– Не надо так говорить...

– Не надо?
– рассвирепела Марина.
– Выйдите ко мне! Вы - один! Проведите со мной рядом эти ночные часы, пока остальные совещаются! Побудьте со мной, чтобы мне не было страшно! Тогда я поверю, что вы не приносите меня в жертву! Слабо? А как вы потом мне в глаза будете смотреть, когда будет ясно, что я не копия, а настоящая?! Как ни в чём не бывало? А как вы будете смотреть в глаза всем остальным, если меня убьют?

– Не надо драматизировать...

– Местами не поменяемся?
– зло от отчаяния предложила она.
– Вот тогда я посмотрю на вас, надо ли драматизировать, или нет!

– Вас, леди Марина, будут охранять, - ледяным тоном, привычным ей по первоначальному общению со Штормом, сказал старый ведун, но ушёл поспешно.

Словно стоящий в тени, поскольку был небольшого роста, декан Баз печально взглянул на девушку и тоже шагнул в толпу, темневшую за его спиной. А на дороге, перед защитой, выстроились тёмные драко. Тоже в основном из студентов. Марина машинально отметила среди них лишь двоих взрослых мужчин. Наверное, преподаватели из драко... В вечерней тьме со всполохами огней между драко, под атавистическими чешуйчатыми масками эмоций на лицах не разглядишь...

Она оглянулась на дорогу. Темно. Ничего не видно. Одна только машина Шторма, белая и шикарная, стоит, будто тоже боится и оттого пригнулась. Девушка неуверенно повернулась к дороге полностью. Значит, погиб один преподаватель. Потом его копия-убийца напала на другого преподавателя. И все работающие на расчистке коллектора дружно сбежали в академгородок, потому что в нём защититься легче.

Знать бы: за время бессмысленного разговора со старым ведуном кто-нибудь со стороны коллектора успел подойти к машине и спрятаться за ней?..

Марина тихонько вдохнула прохладный воздух и осторожно, почти крадучись, пошла к машине. Шага через два догадалась зажечь огонёк на ладошке - и стало легче, потому что решила: если кто-нибудь и прячется за машиной, можно будет бросить в него огненным "снежком", слепленным из силы, а потом изо всех сил броситься к защите. Уж тогда-то невидимую преграду точно откроют и её пропустят!

К великому разочарованию, никого рядом с машиной не оказалось. А ещё - к великому облегчению. Марина, пока шла к машине, быстро вспомнила, где что у Шторма находится, и вынула из багажника тонкое одеяло для пикника и закрытую корзинку с остатками обеда. И - бегом бросилась к невидимой защите-преграде, прижимая к себе трофеи. Ей даже показалось, что двое из ряда драко сочувственно качнулись ей навстречу.

Прижавшись к невидимой стене, по ощущениям похожей на плотный картон, Марина еле успокоила дыхание и некоторое время, замерев - разве что не усмирив непроизвольного вздрагивания, всматривалась в темноту вокруг машины. А потом присела, прислонившись к защите, и закуталась в одеяло. Сначала стало ещё холодней, потом она постепенно прочувствовала тепло. "Пусть им всем стыдно будет, - сердито подумала она, кутаясь так, чтобы не осталось никаких прорех, сквозь которые уходило бы тепло.
– А я тут под их присмотром буду и спать, и есть. Кажется, Буклих говорил, что сегодня что-то из еды осталось? Хоть в этом повезло..."