Шрифт:
После трапезы я прохожу по наиболее неинтересным секциям, не желая пока брать в руки оружие. Финник покорно тащится за мной, хотя я прекрасно понимаю, что ему хочется поплавать. Но когда я предлагаю ему покинуть меня, подчеркивая, что я и сама прекрасно справлюсь, он бурчит, что не хочет оставлять меня одну. Правда, его помощь мне все же требуется, когда мы добираемся до секции маскировки. Как бы я не старалась, я не могу припомнить ничего о смешивании ягод, грязи, травы и прочих природных материалов для сливания с тем или иным объектом. Отмечаю, что красок здесь стало намного больше, а Финник лишь шепчет, что Питу бы это понравилось.
Пит… Всего три буквы, а кажется, что я только что выслушала длинную и нудную лекцию по философии, в которой все равно ничего не понимаю. От звуков его имени внутри все скручивается в тугой, болезненный узел. Я дышу чаще и прикрываю глаза, представляя себе его светлые волосы, радостную улыбку, взгляд, полный нежности и голос, который менялся, когда он говорил со мной. Черт, как же я по нему скучаю.
– Хорошо, что он не здесь, - шепчу я, стараясь, чтобы голос звучал ровно.
– Да, - соглашается он, жалея, что начал эту тему. – Ты скучаешь по нему.
– Вопрос или констатация факта?
– спрашиваю я без интонаций.
– Вопрос или констатация факта? – переспрашивает он уже у меня.
– У меня вопрос.
– А у меня констатация факта.
А потом он подходит ко мне сзади и обнимает меня за плечи.
– Все хорошо, Китнисс. Все будет хорошо, я обещаю тебе. И это тоже констатация факта.
На этом мы заканчиваем неприятную для нас тему и спешим перейти в следующий отсек. И как назло мы попадаем в метательную. Её я ненавижу больше всего. Отчасти из-за того, что Марвел в свое время убил мою маленькую союзницу Руту именно копьем.
Финник же решает пойти нетрадиционным путем и берет трезубец вместо копья. Когда он спокойно пронзает манекен прямо в сердце с расстояния в десять ярдов, мне кажется, что весь зал смотрит только на нас. Точнее, все трибуты смотрят на нас, тренеры-то к такому зрелищу более привычные. Финник старательно делает вид, что не замечает этого и учит меня пользоваться своим оружием. Раньше, когда мы еще готовились к Квартальной бойне, он обменял урок с трезубцем на урок стрельбы. Сейчас же мы с ним достаточно близкие друзья, как бы пафосно это не звучало, так что он учит меня просто так. Да, соседние камеры в Капитолийских казематах, крики, боль и страдания определенно сближают людей. Тогда, после пыток, я просовывала руку сквозь решетку и сжимала его ладонь. И сама мысль о том, что я не одна, давала мне сил. Простая надежда на то, что я справлюсь, у меня получится, все это рано или поздно кончится, давала мне желание бороться дальше. Порой, я была счастлива от той мысли, что сейчас со мной именно Финник, а не Пит. Что дорогой мне человек сейчас в безопасности, пускай ему и безумно больно от одной мысли о том, где я сейчас.
Финник стал для меня хорошим другом. Мы вместе перенесли то, что под силу не каждому. Он стал для меня вторым Гейлом, таким же верным товарищем, почти что братом, хотя с ним мы очень разные. Финник – человек, который не бросит меня. Не зря говорят, что друг познается в беде.
После того, как у меня, наконец, получается попасть в мишень, расположенную на расстоянии в несколько ярдов, Финник, наконец, отстает от меня со своими уроками и устремляется в сторону бассейна. Знаю, ему нужно отвлечься от неприятных мыслей, забыть, куда мы скоро попадем. Я не осуждаю его, я понимаю, что он сейчас чувствует.
Я неторопливо иду в сектор по метанию ножей. Для начала тренер хочет посмотреть, что я помню с прошлых разов. Беру протянутый мне нож за середину лезвия и внимательно смотрю на манекен передо мной. Отвожу руку назад, прицеливаюсь и резким движением бросаю оружие. Слишком быстро и резко, и у меня начинает кружиться голова. Я ведь еще не совсем оправилась после сотрясения, полученного все в тех же казематах. Прикрываю глаза и не вижу, куда попадает мой нож. Слышу удивленный возглас тренера и открываю глаза. Надо же. Всплеск адреналина, и я попала прямо в сердце, вогнав лезвие практически наполовину. Весьма недурно. Будем надеется, что на арене мне удастся метнуть не хуже. Раз за разом попадаю прямо в цель, хотя, конечно, хуже, чем в первый раз. После десятой попытки замечаю, что в зале царит тишина. Благодарю тренера и стремительно перебегаю в следующую секцию, так как наличие публики, которая уже начала собираться, меня очень даже не привлекает.
Быстрыми шагами пересекаю зал и затормаживаю у бассейна. Опускаюсь на его бортик, предварительно убедившись, что он сухой, и опускаю руку в воду. Сквозь толщу смотрю на маленькие жемчужинки на моих ногтях, оставшихся после Парада трибутов. Бледно-бледно розовый лак переливается, создавая причудливые узоры. Дышу чаще и отвожу взгляд от воды, потому что у меня начинает кружиться голова. Слышу всплеск и разворачиваю голову на 180 градусов. Финник, весь мокрый, но очень довольный, ловко забирается на бортик, обдавая меня брызгами воды. Морщусь, бурчу что-то невнятное себе под нос и возмущенно смотрю на него. Парень лишь смеется и просит меня не хмуриться, потому что хмурый вид мне не идет. Мое лицо тут же грустнеет, потому что простая фраза навевает мне воспоминание о холодной пещере и Пите с заражением крови. А ведь было все это всего полтора года назад, а кажется, что прошла не одна вечность…
Я улыбаюсь, когда он говорит что-то про чрезмерно теплую воду, почти горячую, и заявляю ему, что вода очень даже холодная, и это он сам перегрелся. Финник делает вид, что оценил шутку и замечает, что я очень даже неплохо управляюсь с ножами. Равнодушно пожимаю плечами и спрашиваю у него об успехах в плавании. Парень сообщает, что у него все просто отлично и интересуется, куда же я пойду дальше. Я медленно обвожу взглядом зал, прикидывая свои силы, и понимаю, что безумно соскучилась по стрельбе. Спрашиваю у Финника, намерен ли он просидеть все оставшееся время в бассейне, на что получаю обещание помучить меня с уроками стрельбы, только на этот раз в роли учителя буду выступать я. Трагично закатываю глаза и стремительно сбегаю прочь от бассейна под громкий смех Финника.