Я пересекаю комнату, стараясь как можно меньше шуметь, и падаю на кровать, раскидывая руки в сторону. Матрас пружинит подо мной, я сбрасываю с ног кроссовки и перекатываюсь на живот, глядя на Китнисс.

– А что это такое? – спрашиваю я, перебирая ее волосы. Она прислонилась к кровати.

– Кажется кто-то обещал мне не мешать, - с легкой иронией в голосе говорит она, но, помолчав пару секунд, все же отвечает, - это списки гостей и план их рассадки. В последний момент Плутарх захотел, чтобы я кое-что изменила, потому что они ставят дополнительные столики.

– Ох, - протягиваю я, поглядывая на листы в ее руках сверху вниз.

– Куда лучше посадить твою семью? – вслух спрашивает она скорее у себя, чем у меня.

– И они там будут? – удивляюсь я. – Не знал, что их пригласили.

– Наверное, это потому, что в последний раз ты видел их недели три назад, когда списки только составлялись, - тихо замечает она, опуская взгляд на план зала.

Я пристыженно киваю. Девушка права: я действительно очень давно не видел свою семью. Все как-то не до того было. Слишком много навалилось на меня и Китнисс, и я был настолько занят, что не находил времени, чтобы заскочить к ним.

– Посади их рядом с нами, - наконец, выдаю я.

– Не могу. Мы, как подружка невесты и шафер, занимаем места за главным столом, - качает головой она. – Как думаешь, Джоанна и твоя мама не закатят нам грандиозный скандал, сидя рядом?

– Я бы не рисковал, - усмехаясь, качаю головой. – Найдёт коса, как говорится, на камень.

– Хорошо, тогда поместим их сюда, - кивает она, вписывая имена сначала на листочек, а затем и на план.

Минут через двадцать, по прошествии которых я начинаю клевать носом, Китнисс, издав облегченный вздох, откидывается назад и кладет голову на мою руку. Я вздрагиваю и поднимаю глаза. Оказывается, чуть было не уснул.

– Чтоб я еще хоть раз согласилась кому-то помогать с этой ерундой! – раздраженно выдыхает она, собирая по всему полу бумажки. – Ладно, я отдам все это Плутарху и приду через десять минут, хорошо?

Я киваю, потирая виски. Спать хочется слишком сильно, ведь я устал за сегодняшний день.

– Смотри не усни тут без меня, - смеется Китнисс, закрывая за собой дверь.

Чтобы немного взбодриться и действительно не отключиться до возвращения девушки, я решаю принять душ. Настраиваю воду похолоднее, и долго стою, просто пытаясь немного расслабиться. Завтра свадьба лучшего друга Китнисс, и я надеюсь, что это взбодрит ее хоть немного. А еще надеюсь, что после этого она перестанет так зашиваться с подготовкой и хоть немного передохнет.

Я знаю, что обманываю сам себя. Девушка, больше похожая на приведение, спит по пять-шесть часов в день, вздрагивает от громких шагов и опасается всего вокруг. Китнисс все время настороже, не позволяет себе расслабляться, везде ищет подвох. Она напугана до чертиков собственными кошмарами и старательно пытается убежать от самой себя.

Порой мне кажется, что ее страхам нет оправдания, но однажды я застаю программу новостей, которую все время пропускаю из-за своего странного расписания. Президент Сноу в своем с белоснежном костюме с иголочки снова говорит о противостоянии между Капитолием и ополченцами и показывает страшные кадры.

Сгорающие заживо люди. Сотни раненых. Перестрелки. Сбитые самолеты. Поезда, сошедшие с рельсов. И все это Китнисс принимает на собственный счет. Она – символ революции. В какой-то степени она и заварила всю эту кашу, и, как я не пытаюсь переубедить ее в этом, она лишь качает головой. Сложно говорить человеку, что он ни в чем не виноват, когда он знает правду.

Я качаю головой, выключаю кран и шарю по стене рукой в поисках полотенца. Если я сейчас потрачу всю воду, Китнисс останется без законного душа. Кстати, она, наверное, уже вернулась.

Вытирая полотенцем волосы, я ногой толкаю дверь, ведущую в спальню. Девушка, прижимая к груди листы бумаги, свернувшись калачиком, спит на моей половине кровати. Она успела распустить волосы, и теперь несколько прядок падают ей на лицо.

И кто это советовал мне не уснуть?

Я как можно тише пересекаю комнату и опускаюсь на корточки перед кроватью. Осторожно провожу пальцами по ее щеке и убираю волосы назад. Китнисс морщится, что-то невнятно бормочет, а затем медленно открывает глаза. Улыбается.

– Совсем ты себя загнала, - легко говорю я, проводя пальцами по ее скулам. – Спать надо больше.

– Все в порядке Пит, - она качает головой и резко садится на кровати. Откладывает бумаги на журнальный столик, поднимается на ноги, на автомате заправляя пару прядок за ухо. – Сейчас приму душ и вернусь.

Она легко целует меня в щеку и направляется к комоду, чтобы взять нужные вещи. Я наблюдаю за ней до тех пор, пока она не скрывается в ванной, а потом медленно прохожусь по комнате, слушая звуки воды. Останавливаюсь у комода и пальцами обрисовываю все узоры на его поверхности. Беру в руки свадебную фотографию родителей Китнисс и не могу сдержаться от улыбки, когда думаю о том, что завтра у Финника и Энни будет такая же. Они мои друзья, и мне впервые за несколько недель хочется искренне радоваться.