– Вон он, легок на помине! – обрадовался Славко. – Идет из подлеска – коней, видать, ходил проверять!

– У костра теперь сел, греется… – с завистью прошептал Звенислав.

– Грамоту достает… – подтвердил Славко.

– К костру ближе придвигается!

– Чтобы грамоту лучше видно было…

– Да, – мечтательно согласился Звенислав. – У такого яркого костра даже неграмотный ее прочитать сможет!

– Да что ты все заладил: костер, костер… – вспылил Славко.

– Я заладил? – возмутился купеческий сын. – Это все ты: грамота, грамота… Постойпостой… – вдруг принялся бормотать он. – Грамота, костер… костер – грамота…

– Что это с тобой? – с недоумением покосился на него Славко.

Звенислав отмахнулся от него и вдруг просветлел лицом, поймав-таки никак не дававшуюся ему мысль:

– Сжечь ее надо, вот что!

Славко мгновенно все понял и обрадованно протянул:

– Ве-ерно! Вырвать из рук Белдуза и – в огонь! Я сразу, еще до тебя, как только нашу грамоту у него в руках увидел, об этом подумал!

– А что же ты тогда все костром меня попрекал? – насмешливо уточнил Звенислав.

– Так… я… это… ты же ведь тоже на меня – грамота, грамота… – запинаясь, попытался выкрутиться Славко, но Звенислав остановил его:

– Ладно, после разберемся, кто это придумал! А может, это и без нас уже сделают! Давай лучше думать, как нам туда теперь попасть и как эту грамоту из рук хана выхватить...

В этот момент у костра началось какое-то движение.

Половцы один за другим стали вставать и направляться в подлесок, где стояли их кони.

– Ах ты! Вот напасть! – прислушавшись, о чем они говорят, ахнул Славко.

– Что там еще? – забеспокоился Звенислав.

– Хан-то, оказывается, и правда ходил лошадей проверять!

– Ну и что?

– А то, что проверил и решил, что они отдохнули! Вон, видишь, отдал теперь приказ – седлать их, и в путь!

– Что ж мы тогда ждем?! Давай скорей к ним! – чуть не срываясь вниз, сделал неловкую попытку начать спуск Звенислав.

– Не успеем… – покачал головой Славко. – Пока с сосны слезать будем, пока до них добежим…

– Эх, уедут, увезут грамоту половцы! – в отчаянии простонал купеческий сын.

– Уедут? Увезут? Ну нет!

Славко посмотрел на него, на половцев и, ухватившись за конец раскидистой соседней ветви, начал раскачивать ее:

– Ого-го-го! Эге-ге-е-ей!! – закричал он.

– Что ты делаешь? – испуганно посмотрел на него Звенислав.

– Как что? Внимание их привлекаю!

– Так ведь мы даже еще не решили, как нам до грамоты добраться… – с отчаянием воскликнул купеческий сын.

– Успеем что-нибудь придумать, пока нас до хана вести будут! – еще сильнее качая ветвь, прокричал Славко. – Ну, что сидишь, как уже на собственных поминках? Выше нос! Нас еще и отпеть не успели! Тряси и ты соседнюю ветку или прыгай, на которой мы сидим, да кричи что-нибудь!

– Что кричать-то?

– Все, что угодно! Только погромче! И помни: я – это ты, а ты – это я!

Глава третья

Славко, рискуя упасть с головокружительной высоты, что было сил раскачивал ветку сосны. Звенислав, сунув в рот остатки одолень-травы, принялся помогать ему, делая то же самое…

Наконец, хан, пытавшийся хоть что-то понять в неведомых ему русских буквах, таких же странных и непонятных ему, как и сами русские люди, краем глаза заметил какое-то постороннее движение. Он мгновенно свернул грамоту и подозрительно огляделся вокруг.

Лицо его остановилось на высокой сосне…

– Ч-что это? – спросил он Тупларя, который с расстроенным видом шел мимо костра, давно потеряв надежду отыскать свою саблю и увидеть рассвет.

– Где, хан? – с готовностью ответить на любой вопрос, выполнить любой приказ, чтобы только заслужить пощаду и живым вернуться домой, где его так ждала родня, воскликнул тот.

– Вон там, на с-сосне? – Белдуз показал рукой на качавшиеся ветки.

– Может быть, это глухари дерутся? – предположил глуповатый половец.

Хан с презрением посмотрел на него и язвительно спросил:

– С каких это пор глухари дерутся не крыльями, а – руками? И кричат по-человеч-чьи?

– Это два русских мальчишки, хан! – едва взглянув на сосну, сразу же определил Узлюк и предложил: – Позволь, я их одной стрелой из лука!

– Нет, после мне свое уменье покажешь! – остановил его хан и, подозвав двух всадников, приказал: – А этих мальчиш-шек привести сюда! Ж-живыми! Вперед!

Половцы стегнули плетками своих коней и помчались к сосне, у которой колыхалась уже вся вершина.