По проходу важно шествовал тот самый мужик, что толкал речь с балкона. Вблизи он казался вовсе не опасным. Среднего роста, немного полноватый, крепкий мужик. Только пара мелких шрамов на морде. Чёрный плащ расстёгнут, так что виден жёлтый нагрудник с Аквиллой и пояс с оружием - большим пистолетом и мечом. Красный пояс же на деле оказался скорее шарфом, повязанным вокруг живота чуть повыше ремня с оружием.

Следом за комиссаром семенило два юнца в точно такой же одежде. Только шарфов у них не было, да мечи у них пострашнее, с зубьями. Позади них десяток солдат в тёмно-синих доспехах. И ни на шаг не отстают от своего вожака. Пройдя чуть вперёд, комиссар и вся процессия остановились.

– Заключённые. Сегодня будет жаркий бой. Сражайтесь храбро, и лучшие из вас будут награждены сокращением срока заключения. Все слышали?

Толпа заключённых дружно закивала. А комиссар с компанией двинулся дальше. Проходя мимо солдат, он о чём-то с ними говорил, возможно, шутил. По крайней мере, пару раз был слышан хохот. А вот слов было больше не разобрать. Все хоть и не громко, но обсуждали услышанное. Даже обычно спокойный Билл был как на иголках.

– Неужели нас освободят? Джо, может, нас и домой вернут?

– Было бы неплохо.

– Размечтались, обезьяны неотёсанные! Ради вас гнать корабль к чёрту на кулички никто не будет. Максимум, что вам дадут, это отправят на верхние палубы. Там сегодня как раз образовались свободные места.
– Старшина говорил негромко, но вкрадчиво. Будто бы и он весь подобрался перед боем, как зверь, почуявший добычу.
– Вы все и так мертвецы. Вас приговорили к смерти ещё на том куске грязи, что вы называете родной планетой. Только вот приговор разрешили привести в исполнение не палачу, а кому-то другому. И теперь ваша задача этого кого-то другого убить раньше, чем он убьёт вас. И говорю я вам это сейчас потому, что через минуту-другую ваш приговор будут приводить в исполнение.

– Кто? Этот жирный грокс?
– взревел Гомт - здоровенный верзила из самых новеньких, ещё и пары месяцев не отбарабанивший.
– Да я сам ему приговор в исполнение приведу! Эй, ты! Урод расфуфыренный, а ну иди сюда!

– На место, скотина!
– Рявкнул старшина. Его оружие угрожающе лязгнуло, направленное в живот Гомту.

– Не стрелять! Пусть выйдет сюда и повторит, что сказал.

Властному голосу комиссара никто не посмел перечить. А ухмыляющийся Гомт растолкав остальных заключённых вывалился в центральный проход. В руках он держал тяжёлый лом.

– Слыш ты, фраер. Чё ты тут раскомандовался? Без своих шестёрок и шагу сделать не можешь, а мне собрался говорить, чё делать? Я целый сектор улья в кулаке держал! И такими как ты пол вытирал.

– Заткнись, скотина!
– не выдержал один из курсантов, выхватывая болт-пистолет из кобуры. Но Лютик поймал его руку за запястье, силой возвращая оружие обратно.

– Правильно, комиссар. Обшивка тонкая, как бы не продырявить. Так что ваши пушки тут лучше не применять. А кто ты без своей пукалки? Ничтожество, в шинель завёрнутое!

– Ты такой крутой только на словах? И ближе чем на два десятка метров ко мне подойти, кишка тонка? Что, нет у тебя ничего, кроме языка? Только трепаться и умеешь? Да какой там сектор улья? Ты даже пивной ларёк держать не способен. Такие тупицы выше вышибалы в обшарпанном притоне не поднимаются. В стойло, мразь!

Гомт впился в комиссара взглядом. Вены у него на шее вздулись от напряжения. Руки затряслись, сжимая лом стальной хваткой.

– Разорву, падла!

Здоровенный заключённый кинулся на комиссара как раз тогда, когда тот повернулся налево и что-то говорил своим сопровождающим. Те юнцы в чёрных плащах сделали шаг назад, а потом схватились за мечи, видя атакующего верзилу. Солдаты в тёмных доспехах вскинули своё оружие, увенчанное небольшими клинками.

И когда Гомт подбежал к комиссару, и попытался ударить его со всей силы ломом на отмашь, всё резко изменилось. Казавшийся до этого расслабленным, комиссар молниеносно присел, пропуская тяжеленный лом над своей головой, а потом распрямился с шагом вправо.

По залу разнёсся сдавленный хрип. С лязгом металла о металл лом выпал из ослабевших рук Гомта. Здоровенный заключённый повалился ничком, держась за вспоротое брюхо. Комиссар же встал в полный рост над поверженным верзилой. В его правой руке покачивался клинок, со следами крови на лезвии.

– Ещё желающие будут? Выходите, не стесняйтесь. Можно даже не по одному. А то времени у нас мало. Высадка уже скоро.

Комиссар стоял над стонущим Гомтом, из под которого растекалась лужа крови. Обводя взглядом ряды заключённых, он искал новых жертв. Джо на мгновение встретился с этим ледяным взглядом из-под надвинутой на лоб странной шапки. И его неожиданно пробрала дрожь. Джо понял, что комиссар сейчас ищет смутьянов, которые могут помешать ему в битве. И если он их найдёт, расправа будет короткой. Другие тоже это понимали, и стояли, потупив взгляд и даже сутулясь. Старшина тоже не отсвечивал, стоя в сторонке и сверля своих подопечных злобным взглядом, водя оружием из стороны в сторону.