Мираш обрадовался, почуял, вишь, решение верное, а всё же недопонял малость и спрашивает:

– - Как же им в лесу зимой встретиться? Такого и быть не может.

Лека опять глянула, как на дитя неразумное, и говорит:

– - Это в городе утка и селезень порознь летают, а в нашей стихее в самый раз... Упадёт наш женишок с лошади, ребро сломает иль другое чего повредит, ну и недельки две-три Таля за ним посмотрит...

Мираш ажно дара речи решился. А Лека усмехнулась и говорит:

– - Ладно, другое придумаем. Я уж сама обделаю, чтобы Талька деда свово проведать приехала, а вы, обережники тряпошные, подумайте, чтобы и Илья там был.

Стали обсуждать, как лучше дело изладить. Так и решили, что Леке домой к Тале являться не с руки -- всё-таки и напугать недолго, -- а надо на работу подойти и случайную встречу разыграть.

Тем временем Лукерья и Ма-Мар всё про Талю и Илью узнали... и удивились очень. Правду, оказывается, верховные рассказали.

– - Быть такого не может!
– - восхищалась Лукерья.
– - Сколько времени прошло, а они до сих пор одиноки и друг о дружке думают.

Лукерье бы порадоваться, да с ещё большим рвением помочь встретиться нерозначникам, а она вдруг заявила:

– - Хочу узнать, где предел их любви. Надо нам посмотреть, насколько они друг дружку простить могут. Если сильная любовь, то всё простят.

Ма-Мару это отчего-то... не понравилось, он, быть может, впервые и огрызнулся:

– - Конечно, люди для нас -- сор мелкий, подопытный материал!.. Давай будем экспериментировать!

Лукерья не ждала, что Ма-Мар сразу оклычится, однако не обиделась. Привыкла уже всё-таки к его стручковатой натуре. Ну и свою правоту открывать стала:

– - Ну, зачем ты так?! Хотя это и не удивительно: ничего вы с Мирашом в любви не понимаете... Да, я хочу творить, создавать! Они же мне потом и спасибо скажут.

– - Конечно-конечно, понима-аю...наука... Творцом себя почувствовать...

– - Может, и так! И вообще, в любви, главное -- чем чудовищней ситуация, где сердцем надо думать, а не разумом, там настоящая любовь и таится.

Ма-Мар посмяк вовсе от таких слов -- бесполезно, думает, с ней разговаривать -- и спрашивает умоляюще:

– - И долго ты их мучить собираешься?..

Тут, верно, он в точку попал: Лукерья передёрнулась вся, в глазах её недобрый огонёк блеснул. На мгновение, правда, какое-то, а потом мирно говорит:

– - Ты же ничего не понял. Мы же не погубить их хотим. А потом человек всегда через страдания пройти должен. В муках любовь только большает и большает. Так испокон веков было. А мы по силе возможностей поможем любовь приумножить.

– - Спокон веков... спокон веков...
– - уже тихо проворчал Ма-Мар.
– - Ты-то откуда знаешь? Иной раз от этих страданьев вместо хороших людей только непуть и нерадельщина наявляется. К каждому человечку особливый подход нужен. У каждого свой унутренний мир. Ишь, теории нахваталась, книжек начиталась, а я тут, милая моя, уже не одну сотню лет среди человеков толкаюсь.

– - Раз ты так давно, -- говорит Лукерья, -- тогда объясни, как на Землю новые души приходят?

Эх куда махнула! А надобно сказать, среди обережниц знание такое ходит, что якобы есть старые человеческие души, а есть -- которые впервые на Землю приходят. Как уж они их различают -- не про то разговор. Верно, есть какая-то метода.

Очень, слышь-ка, обережницы новую человеческую душу ценят, хотя и приходит она в мир глупенькая и наивная. Прямо рады-радёшеньки, потому как считают, что если дитё с такой душой народится, то род крепнет сильно.

Это вот старая душа -- у неё опытности много, она уверенная в жизнь является. Ей, понимаешь, только вспомнить надо, что да как, а дальше уж своё возьмёт, не упустит. Не всегда это плохо, конечно, а во многих случаях и на благо вовсе. А новой душе внове всё, впервой жизнь постигает. Зато в ней сила загадочная есть, которая до времени таится, а потом столь доброго и хорошего в мир приносит, чего никакой старой душе и не снилось.

Про то, как новые души на Землю приходят, тайна сокрытая. Иная может и от большой любви родиться, а то и -- между родителями любви нет вовсе, а дитё именно с такой душой рождается. И в добрых семьях дитё, бывает, с новой душой появляется, и у худых людей. Тут понятия никакого нет, а вот между обережницами навроде соревнования сложилось, что, если в каком роду больше новых душ нарождается, та обережница и справней службу ведёт. Той, стало быть, и почёт весь и уважение.

Ну а Лукерья -- как уж она там тайные книги читала -- одно и запомнила: дескать, от настоящей любви новая душа приспевает.

...
– - А-а-а, -- догадался Ма-Мар, -- решила новую душу словить?! Понима-аю... А откуда ты знаешь, что новая душа придёт?

– - Если любовь не погаснет, то и новая душа будет!

Ма-Мар только рукой и махнул.

Принёсся Мираш к Лукерье и Ма-Мару да и поведал радостно, что Лека Шилка подсобить обещалась. Лукерья помощь с радостью приняла, но только план их по-своему перекроила...