Вьющиеся мягкими волнами волосы растрепались и выглядели не лучшим образом, грустно свисая с плеч. Отсутствие полноценного сна и высасывающая, словно дементор, всю радость работа оказали мне не лучшую услугу: под глазами пролегли темные тени, бледная кожа стала еще бледнее, а веснушки, поймав контраст, заметнее.

Помнится, немало страданий они, эти пигментные пятна, принесли моей чувствительной натуре в подростковые годы - завороженная отфотошопленными девушками на обложках журналов с этой их идеальной кожей, я беспощадно терла свое лицо лимонным соком. Кто-то сказал мне, что от этого веснушки могут сойти... Смешно вспоминать, честное слово.

Так о чем это я? Сейчас мне просто жизненно необходим консилер и румяна.

Я придирчиво осмотрела свое отражение напоследок: в принципе, для своих двадцати шести я выгляжу неплохо. А учитывая мою склонность иногда злоупотребить бокальчиком-другим или какой-нибудь ужасной гадостью с повышенным содержанием сахара...

В общем, уже через пять минут я, в одном из своих лучших коктейльных платьев, зажигала свечи, чтобы уж наверняка романтическая атмосфера свалилась на нас с Джеймсом откуда-нибудь с потолка. По моим расчетам, жених должен был прибыть минут через пять. И я, воодушевленная, настроилась на недолгое ожидание.

Но все пошло абсолютно не так, как я предполагала. Томительные пять минут совершенно внезапно растянулись в томительные просто уже до неприличия два часа. Часы в гостиной указывали на одиннадцать вечера. Я успела протоптать дорожку на нашем ворсистом ковре (сначала утыканную мелкими дырочками от каблуков, позже - примятую моими босыми ногами), посмотреть какое-то глупое ток-шоу и откупорить вино.

Позвонить Джеймсу и поинтересоваться у него, не умер ли он по пути домой, у меня даже мысли не возникло. Мы ведь договорились, что этот вечер мы проводим вместе, и никак иначе... Какие вообще могут быть еще дополнительные разговоры?

В общем, к тому моменту, когда мистер Брайс возник передо мной, нацепив свою самую виноватую маску - "смотри, я так расстроен!" -, я уже успела прикончить половину бутылки полусладкого. Поэтому и взгляд мой, который я послала в сторону заблудшего пилигрима, наверняка был полон гипертрофированных злости и упрека.

– Ли, - жених потер подбородок ладонью - прядь русых волос упала на лоб.
– Заказчик, он... Возникли некоторые заминки. Прости, - он подошел ближе и легко коснулся моего нагого плеча холодными пальцами; извиняющаяся кривая улыбка неловко обозначилась на лице, серые глаза сожалеюще посмотрели в мои, сверху-вниз. Огонек свечи красиво отражался в этих глазах и бросал желтые пятна света на скулы и подбородок Джеймса.

– Прошу за стол, - сухо сказала я, а сама встала, сбросив тем самым ладонь усталого трудяги с моего плеча.

– Леа, ты же понимаешь: это работа, - негромко пробурчал он за моей спиной.

Я лишь промычала "угу".

– Я не мог уйти.

"Угу".

– Я заглажу свою вину, компенсирую этот ужин, Ли. Ты все это сама приготовила? Выглядит просто чудесно!

"Угу".

– И пахнет тоже. Мне кажется, я готов слона... Что это, Ли? Плед?
– спросил Джеймс, когда я вручила ему клетчатое покрывало.

– Угу. Это тебе пригодится. Ты ведь будешь спать на диване, - мой голос спокоен, как тысячи удавов. Я - умиротворенный Будда.

– Иллеана, черт, ты...
– мистер Брайс склонил голову набок и сморщил свой прекрасный лоб, сведя брови.
– Не начинай. Обстоятельства сильнее меня.

– Не говори, что обстоятельства сильнее тебя, - я мило улыбнулась и погладила его гладко выбритую щеку.
– Говори: "Между работой и тобой я выбрал работу, ведь удовлетворить клиента для меня принципиально важнее, чем удовлетворить мою невесту. И поэтому чертовски логично, что сегодня я удовлетворяю сам себя, черт меня подери!" - я улыбнулась шире.

Джеймс отвел взгляд и с шумным выдохом раздраженно закатил глаза.

В этот день мы больше не разговаривали.

2 глава.

Иллеана Эванс.

Новый рабочий день начался со ставшего уже привычным утреннего бдения у автомата с кофе.

Два часа сна. Бью собственные рекорды.

На самом деле, просто у меня было столько увлекательных дел этой ночью... Примерно до четырех утра я дружила с бутылкой "Пино Блана", запершись в спальне, закутавшись в плюшевое покрывало и размышляя о своей дерьмовой жизни.

Мне отчего-то вспоминался тот день, когда я впервые встретила Джеймса Брайса - студента архитектурного колледжа и обладателя типично американской внешности: светлая кожа, идеальные зубы. Я в тот день, помнится, была не трезвее себя нынешней, грустно полоскающей внутренности в алкоголе.

Однако куда жизнерадостней, это точно.

О, позвольте познакомить вас с Иллеаной Эванс, студенткой медицинского колледжа и просто отпадной девчонкой.

В свои семнадцать я страдала типичным синдромом отличницы, вырвавшейся на свободу из родительского дома. Я и до поступления в колледж не была тихоней, но покинув родной Кингстон, просто пустилась во все тяжкие. Тем не менее, мне удавалось неплохо сдавать все экзамены и нравиться преподавателям. И это несмотря на то, что я несколько раз всерьез вознамеривалась бросить колледж, а про дальнейшую учебу в университете и слушать не желала.