Худший вариант встречи трудно и вообразить.

Они поднимались, пока не достигли небольшой площадки под самой крышей. Клеон открыл широкую металлическую дверь в стене, и Лима увидела бетонные ступеньки. Из проема хлынул яркий солнечный свет, заставивший ее зажмуриться.

Клеон подождал, пока глаза девушки привыкнут.

– Почему не сказал? Хочешь, чтобы я ослепла?

Илот взял ее за руку, со всей галантностью, на какую был способен, и повел по ступеням. Лима хотела выдернуть руку, но передумала.

– В следующий раз предупрежу. Хоть мы и живем под землей, нам не стоит забывать, что наверху настоящий мир. Когда-нибудь все изменится.

– Я окружена мечтателями, - пробормотала Лима.

– Что?
– Клеон не расслышал.

– Не обращай внимания.

Наконец, она очутилась на крыше цеха, откуда открывался поразительный вид на четыре стороны света. От такой резкой перемены обстановки у Лимы закружилась голова. Клеон моментально подхватил ее и помог сесть на кстати оказавшуюся рядом скамью.

– Если бы не Олимпия, если бы не территория завода, тут было бы по-настоящему красиво, - сказал Клеон, пристроив руки на поясе. Он походил на фермера, осматривающего с вершины холма свои владения. Лима на пару секунд прикрыла веки, чтобы успокоить мельтешение черных точек перед глазами.

Небо было голубым, насыщенного оттенка. Солнце сияло нестерпимо, но Лима так была рада ему, что едва не расплакалась.

Клеон повернулся лицом к западу. Там, окутанная туманной дымкой, возвышалась Олимпия. Илот облизнул губы, покачав головой в ответ на какие-то своим мысли.

– Ты всерьез веришь в победу?
– спросила Лима, смотревшая на него из-под ладони, приставленной к бровям.

– Верю. Иногда ничего, кроме веры, не остается, - ответил он.
– Когда видишь?

– Что?

– Неважно.
– Он указал в сторону горизонта.
– Знаешь, я немало поездил. Я видел места, где нет ни намека на цивилизацию.

– Как это?

– Раньше она там была, до Великого Переустройства, до гибели старого мира, но природа уничтожила ее остатки. Олимпия и сектора, расположенные вокруг нее - это? крохотная часть нашей планеты. А есть другие континенты, о которых нам ничего неизвестно. Что там?

– В школе нам говорили, это мертвые земли, где нет даже животных. Катастрофы Эры Хаоса уничтожили все, - сказала Лима.

– Не верю, - возразил илот.
– Это пропаганда и ложь.

– Возможно.

– Я видел леса, реки и горы, Лима. Там нет Олимпии и того зла, что она сеет. Там нет ее власти!
– Клеон смотрел на нее горящими глазами.
– Там свобода! Мы все могли бы жить так далеко, как только захотим, и никакие олимпийцы нас никогда не нашли бы.

Лима нахмурилась.

– Да? Так за чем же дело стало? Может, пора собрать вещички и рвануть на лоно природы?

Клеон мрачно усмехнулся.

– Да, как вариант. Но это утопия. Прекрасная и нереальная.

– Ага. Дай угадаю. Вам нужно сперва свергнуть тиранию олимпийцев.

– Угадала.
– Клеон прищурился. Сев рядом с Лимой, он положил ногу на ногу.
– Мир огромен, а кучка возомнивших себе невесть что преступников держит под своей пятой цивилизацию. Какая ни есть, а это все равно цивилизация, Лима, и наш долг сделать все, чтобы вернуть людям свободу. Мы возродим то, что потеряли когда-то. Мы разрушим Олимпию.

Лима помолчала, не глядя на Клеона, хотя он и стремился увидеть ее реакцию.

– Похоже, ты и сам в это веришь.

– А ты нет?

– Не знаю. После моих неожиданных каникул в подземной тюрьме я уже ни в чем не уверена.

– Лима?

– Не надо. Меньше всего мне нужно сейчас, чтобы ты жалел меня и говорил о своей вине. Мол, ты не доглядел и прочее.

Илот покраснел. Лима попала в десятку.

– Твоей вины здесь нет, - сказала она, глядя на далекую линию леса и думая, как хорошо было бы прогуляться по нему. Весь фокус в том, что Лима никогда не была в настоящем лесу, лесу диком, нисколько не похожем на ее оранжерею, где выращивались цветы.
– Ничьей нет.

Клеон сплетал и расплетал свои длинные тренированные пальцы.

Лиме хотелось просто сидеть и смотреть на небо и горизонт. Сейчас она чувствовала такое спокойствие и уверенность, каких не помнила давно. И то, что Клеон рядом, тоже играло немаловажную роль, однако признаться в этом она не могла, не хватало смелости.

– Спасибо, что спас меня, хотя и не собирался, - сказала Лима, придумав продолжение.

Илот улыбнулся, но, скорее, это было реакцией на ошеломление. Почесав в затылке, он выдавил: