— Да ладно, у тебя просто была клизма, ты не инвалид, — со смешком говорит Вулфард, а потом протягивает ей руку.

— Ты даже не знаешь, как танцевать.

— Я играю на гитаре, так что я знаю, как сохранять ритм. — Он звучит почти что убедительно.

— Ты сравниваешь танцы с игрой на гитаре?

Браун насмешливо смеётся, хотя уже спустя несколько секунд жалеет об этом, потому что её живот начинает болеть, да и неуверенная улыбка Финна доказывает ей, что он не шутил. Поэтому она очень медленно встаёт и осторожно принимает его руку. По телу сразу проносится электрический разряд.

— Эта музыка даже не танцевальная! — восклицает Милли в тот момент, когда слышит доносящийся с ресепшена «Have Yourself A Merry Little Christmas» Фрэнка Синатры.

— Это неважно, нас всё равно никто не видит.

Вулфард закатывает глаза и кладёт свои руки ей на талию, поддерживая, чтобы она не упала, а девушка обхватывает его за шею, сцепливая пальцы под кудрявыми волосами, и они медленно начинают двигаться.

Ни один из них не говорит ни слова. Они просто танцуют в маленьком пространстве палаты, и Милли улыбается, потому что действительно чувствует себя счастливой. Это особенный момент, даже если он ложный и наигранный, ведь они оба просто игнорируют то землетрясение, что произошло две недели назад.

Но она предпочитает не думать об этом и просто наслаждается этим милым моментом, концентрируясь на том, как длинные руки парня ощущаются у неё на талии и как чувство щекотки появляется в животе каждый раз, когда они встречаются взглядами. Это похоже на то, что ей снова шестнадцать.

***

— Они нас поймают, — бормочет девушка, пока Финн катит её в инвалидном кресле прочь из больничного крыла.

Дежурная медсестра, которая должна была стоять на посту, видимо, отправилась к какому-нибудь пациенту, и именно этим пользуется Вулфард, чтобы своровать то самое кресло и убежать вместе с ним обратно в палату. До этого Милли вообще настаивала на том, что она и сама может прекрасно ходить, но он не хочет, чтобы она устала за время их путешествия, поэтому решил взять всё на себя.

— Тш-ш-ш! — шипит парень, когда дверцы лифта перед ними закрываются, а на табло загорается выбранная ими цифра один, и кабина начинает движение вниз. — Не ворчи, просто настройся на дух Рождества и веры.

— Да даже рождественский дух не спасёт нас, когда нас поймают.

Финн отпускает ручки кресла и обходит его, смеясь и наклоняясь так, что они сталкиваются лбами.

— Ты можешь мне просто поверить? — Милли прищуривается и отрицательно качает головой. — Хорошо, если ты не доверяешь мне, то может, ты поверишь Финну-на-паузе?

Улыбка появляется на лице девушки, когда она раздумывает над этим несколько секунд.

— Думаю, что да.

Они смотрят друг другу в глаза, и из-за пристального тёмного взгляда Финна внутри Браун рождается странное, но такое знакомое чувство. Это чувство подбивает её сердце и мозг обнять ладонями это скуластое лицо, приблизить его к себе и…

Парень спокойно целует её в щёку, прежде чем дверцы лифта откроются перед ними. Этого, конечно, недостаточно, но она довольна и малым, потому что знает, что в противном случае они всё только ещё больше усложнят. Да и когда её разумная версия вернётся, она точно убьёт её даже за это.

Они тщательно оглядываются по сторонам, проверяя, не видит ли их кто-нибудь; оставшийся в клинике на Рождество персонал кажется слишком расслабленным и отвлечённым, поэтому из коробки с потерянными и/или забытыми вещами Вулфард достаёт им несколько тёплых вещей, и Милли краснеет от того, что они чужие и большие ей, но всё равно послушно накидывает сверху.

Когда они заканчивают, они на полной скорости направляются к автоматическим входным дверям в клинику. Парень останавливает инвалидное кресло на крыльце, и именно в этот момент Браун видит снег, который небрежно и медленно оседал на земле. Вокруг было так красиво. Она вытягивает вперёд руку и ловит на указательный палец одну из снежинок.

— Давай, Миллстер. — Финн стоит перед ней, протягивая к ней руки, которые очень тёплые, в отличие от её, поэтому, когда они соприкасаются, её накрывает шквалом эмоций.

Вулфард осторожно придерживает её, чтобы она могла встать и рассмотреть ночной снегопад получше. Они недолго гуляют, делают снежных ангелов, кидаются снежками и, когда Милли чувствует, что она уже устала, возвращаются внутрь, чтобы отогреться и отдохнуть.

Опять-таки. Она не мыслит ясно.

***

— Ник прислал мне огромную коробку на Рождество, — вспоминает вдруг Финн, когда они вдвоём сидят в столовой; на самом деле это было даже смешно — вокруг не было никого, а было так темно и пусто. Милли никогда ещё не видела клинику такой. — Внутри было несколько фильмов и записей.

— Дай угадаю. — Они украли с кухни тарелку с пряниками и поэтому сейчас ели их за одним из столов, запивая горячим молоком. — Три часа концерта The Velvet Underground. — Девушка закатывает глаза, когда он смеётся. — Предупреждение о спойлере: Лу Рид — наркоман.