– Вот, сержант, поймали, – с удовольствием доложил солдат. – Из леса вышел. Говорит, что охотник.

– Охотник, значит? – Сержант принялся сверлить арестанта взглядом. – Имя?

– Кайтен.

– Гражданин?

– Нет.

– Очень хорошо. Посмотрим.

Сержант открыл папку и вынул из нее грубый карандашный рисунок. Это было некое подобие портрета, и если напрячь воображение, можно было предположить, что изображенный немного похож на Кайтена. Но для военного сходство отчего-то не вызывало сомнения.

– Что ты скажешь на это? – Сержант протянул рисунок Кайтену. – Мне кажется, это ты.

– Это как сказать, – протянул Кайтен, лихорадочно соображая. Похоже, оцепление было выставлено именно против него. Даже нет, не только. Он разглядел в той же папке еще два рисунка того же сомнительного качества. Один из них отдаленно напоминал Ан-Таара, второго он не сумел увидеть, но уже предполагал, кто мог быть там изображен.

– Ничего не понятно на этом вашем рисунке, – поспешно заявил Кайтен. – По-моему, не похож. А кто это?

– А по-моему, похож, – неумолимо сказал сержант. – Так что придется нам показать тебя премьер-министру. Если он скажет, что на рисунке не ты, можешь быть свободен.

Да, все именно так и выходило, как заподозрил Кайтен. Премьер обиделся на их дружескую выходку, когда они со стражем и разведчицей попытались убить его в собственном кабинете. Все становилось ясно. Оцепление, конечно же, выставлено против тварей. Премьер как-то сумел уяснить, несмотря на шок, объяснения Кайтена насчет монстров, которые появятся весной. Ведь железную дорогу прокладывали где-то неподалеку отсюда. Так что глава государства выставил вооруженную охрану вдоль границы. И заодно решил подстраховаться на случай, если кто-то из его несостоявшихся убийц попытается снова выйти из леса.

И с напряжением, беспокоившим Коту, тоже все становилось ясно. Виной тому, разумеется, солдаты. Они стоят здесь с самой весны, пялятся на лес, боятся его, они взвинчены, тревожны, их тревога передается лесу. Да, наверняка именно так и объясняется тот «пристальный взгляд», о котором толковал следящий.

Задание можно было считать выполненным. Вот только самому теперь как выкручиваться? Здесь полно вооруженных людей. Даже Таар, пожалуй, не вывернулся бы один против всех, что уж взять с его скромного ученика. Нет, силой тут ничего не решишь. Нужно действовать хитростью. Попадать в столицу никак нельзя. Премьер непременно узнает одного из тех, кого видел в своем кабинете, и тогда… Тогда конец, прихлопнут, как муху. Нужно пока притвориться, что он ничего не понимает, но никакого министра не боится, а при первой же возможности, как только они утратят бдительность, сбежать.

– Так что, вы меня в столицу доставите? – нахально осведомился Кайтен. – Прямо бесплатно? Неплохо, мне как раз туда и надо.

– Хорошо, что тебя это радует, – флегматично отозвался сержант. – Рядовой, найди кого-нибудь в пару и сопроводи арестованного в городскую тюрьму, – распорядился он.

По дороге никакой возможности так и не представилось. Кайтена усадили на телегу, солдаты сели тут же. Оба были вооружены, оба пристально следили за ним, а лошадью правил какой-то невзрачный тип, вероятно, крестьянин. Городишко, куда его везли, оказался буквально в двух шагах от военного лагеря. Состоял он из пары улиц, тянущихся крест-накрест от административного центра, а вокруг простирались фермы. Не представлялось вероятным, чтобы здесь была собственная тюрьма. Так и вышло: место, куда его доставили, оказалось полицейским участком, крохотным закутком при администрации, только и радости, что с отдельным входом. Участок состоял из конурки дежурного с одним столом и несколькими креслами, а также из полуподвального помещения, куда и отвели Кайтена.

Когда захлопнулась за спиной тяжелая дверь, Кайтен огляделся. Камера оказалась довольно просторной, наверное, в ней предполагалось содержать сразу всех возможных правонарушителей, набедокуривших в этом крошечном городке. На полу валялось несколько клочков соломы, напротив двери под потолком светилось крошечное зарешеченное окошко, вот и вся обстановка. Кроме того, в камере уже находился жилец: диковатого вида коротышка с торчащими во все стороны волосами. Когда Кайтен перешагнул порог, он нервно бегал из угла в угол.

– Уф! Ты меня напугал, – арестант перестал метаться и несмело улыбнулся. – Никак не ожидал, что сюда еще кого-то засадят.

– Угу, – неприветливо буркнул Кайтен. Он сел на солому, прислонившись к стене. Нужно было придумывать, как выбираться отсюда, но никаких идей у него не было.

– А ты вроде и не из наших, – заметил коротышка, внимательно его разглядывая.

– Из каких это «ваших»?

– Не из нашего города, я хотел сказать. У нас такой маленький городок, что все друг друга знают, хотя бы в лицо.

– И какая разница? – буркнул Кайтен еще более неприветливо. Этот парень отвлекал его от размышлений.

– Да никакой. Просто подумал, что лучше представиться. Меня зовут Кавазо.

– Кайтен.

– Надолго сюда?

– Нет, – проворчал страж. – Завтра меня на военном поезде отвезут в столицу, там премьер непременно опознает мою физиономию, и тогда меня расстреляют.

– Да, неприятно, – сочувственно сказал Кавазо. Кажется, он был вполне серьезен.

– Угу, небольшая такая неприятность, – фыркнул Кайтен раздраженно.