— Эта планета непригодна для жизни! — громко говорил, почти кричал генерал, и на экране было видно, как раскраснелось его лицо. — А раз так, я вообще не понимаю, что мы здесь делаем.Даже если где-то там и существует жизнь, что весьма и весьма сомнительно, наша миссия заключается не в том, чтобы кому-то помогать или кого-то спасать, а в первую очередь спастись самим! Кроме того, наши энергоресурсы не безграничны.Мы и так уже немало затратили энергии на изучение этой «пустышки». А для экспедиции на Тогир потребуется к тому же еще немаловремени и усилий.

Но уже через десять минут Гордон кардинально поменял свое решение. Генерал сам связался со «Смелым» и дал согласие на экспедицию, никак не объясняя причину, заставившую изменитьмнение. Впрочем, никто и не требовал от него каких-либо объяснений.

Минуту назад закончился сеанс связи со «Смелым». Генерал Гордон остался очень недоволен, и прежде всего самим собой. Он чувствовал, что совершил очередную ошибку. Пусть незначительную, но позволявшую противной стороне лишний раз убедиться если и не во враждебности то, во всяком случае, в его глубокой оппозиции…А, как известно — «предупрежден — значит вооружен».

— Рано, рано! — шептал Гордон. — Не надо быть столь категоричным…

Хотяон на самом деле был противником каких-либо экспедиций. Во-первых, она могла отбросить на неопределенный срок, если не отменить совсем, его честолюбивые планы. Во-вторых, пришлосьбы смягчить режим на подвластном, как привык считать, ему корабле:включить обзорные экраны, снять все блок-посты и позволить населению свободное перемещение по звездолёту. Визиты со «Смелого» участились, и приходилось проявлять гостеприимство.

Своё несогласие с руководством «Смелого» об экспедиции на планету надо бы как-то смягчить, завуалировать, придумать какие-то правдоподобные причины, кроме тех, что уже привёл. Тем болееГордончувствовал, что экспедиция всё равно состоится, независимо от того согласен он или нет, а интересовались его мнением лишь проформы ради. И это еще больше злило — прямо-таки выводило из себя.

Неожиданно заработала громкая связь. Гордон вздрогнул — забыл выключить рацию. Раздался голос Ханы — секретарши:

— Генерал, здесь посыльной из центральной лаборатории.

— Что ему нужно?! — раздраженно крикнул он.

— Говорит, от Белова.

— Проверили?

— Да.

— Пусть войдёт.

На пороге появился молодой человек, лет двадцати в белом лабораторном халате.Как ни странно, Гордон узнал его— ассистентпрофессора Белова.

— Что надо?!

Ассистент протянул конверт из плотной синтетической бумаги:

— Результаты анализа гранул, собранного на орбите…Просили передать на «Смелый».

— Почему не передали?

— Просили вас ознакомить.

— Хорошо, свободен, — даже не взглянув на документ, Гордон бросил конверт на стол.

Молодой человек хотел что-то добавить, но не стал этого делать и вышел из кабинета.

Приход посыльного придал мыслям генерала несколько иное направление. Он взглянул на бумажный пакет: «Чёрт знает что такое! Я им, не Льюис Витт? Бумага! У них, что не осталось информационных кристаллов?»

Он взял конверт в руки. Наискосок через всё поле красовался гриф:

С Р О Ч Н О!С Е К Р Е Т Н О!

«Да что они там себе возомнили?!» — возмущённо подумал генерал, вскрывая конверт, из которого выпал плотный лист бумаги. Он углубился в чтение. После первых же строк почувствовал, как сердце учащённо забилось. Глаза быстро заскользили по строкам, пропуская цифры и формулы,составляющих едва ли не половину текста, которые не о чём ему не говорили.

Закончив чтение, Гордонвскочил и взволнованно заходил по кабинету.Это шанс! Возможно, единственный и уникальный шанс раз и навсегда избавиться от ненавистных «опекунов». Немного успокоившись, генерал ещё раз внимательно перечёл документ.Да, он не ошибся — это «бомба»!

«Срочно… Отправить… — усмехнулся Гордон. — Ну нет, Витт никогда не получит его. Кто может знать? Нельзя допустить, чтобы слух распространился...Так-так, этим займутся».

По специальному каналу он вызвал своего помощника Нонатана Хейма. Тот появился в кабинете минут через десять. Но генерал не стал, как обычно, устраивать разгон за задержку, и ещё в течение пяти минутотдавал адъютанту инструкции и указания. В конце сказал:

— И возьми с собой парней потолковей.

— Да, сэр! – отсалютовал сержант и, резко повернувшись на каблуках, скрылся за дверью.