Тут же, с нескольких сторон, фигуру самого Царя прошили снопы искр, и он тоже рухнул в снег.

– У них лучемет!
– заорал очнувшийся от ступора пилот вертолета, и начал стрелять. И вскоре упал, его тоже прошило залпом. Сюда, со стороны деревьев и углов здания, уже продвигались вооруженные лучеметами люди.

Медики, тем временем, закончили перевязку и оказание первой помощи, и загрузили тело парня в машину.

– Вы - вовремя, Арамис,- крикнул один из них главному из прибывшего вооруженного отряда.

– Езжайте, с Богом!
– отозвался тот. Внедорожник тронулся. Арамис проследил за ним. Затем, еще раз окинул взглядом андроидов. Те больше не получали новых приказов. И теперь стояли, тупо глядя вперед, перед собой бессмысленными, стеклянными глазами. Как огромные куклы. Система управления, повязанная на Вельзевула, больше не работала.

Ощущая только болезненную нереальность происходящего, Арамис направился к трупу своего врага. Пнул носом зимнего ботинка распростертое на земле обугленное нечто.

– Смотрите, парни! Это - легендарный Вельзевул, который кошмарил весь Город своими андроидами.

– Отлетался, Повелитель Мух, - заметил кто-то.

– Похоже на то, - согласился Арамис.

Он окинул взглядом целое войско тупых, мрачных андроидов, застывших теперь без дальнейших приказов. На черных мух на белом снегу. Вельзевул был теперь мертв, и некому было отдать им команду, загрузив её в мозг с помощью пульта управления. Их код знал только он, повелитель и владелец. Теперь андроиды стояли, как изваяния воинов Цинь Шихуанди; такая же мрачная колонна, только - воинов с абсолютно тупыми лицами и в металлоброне; редкие жуки-бронзовки... Размером больше человека. А в снегу, видимо, успевший отлететь в сторону, валялся "матюгальник" их босса... "Быть может, именно эта штука совмещена с пультом управления... Этими гадами",- подумал Арамис, и в сердцах прошелся по громкоговорителю из лучемета, оставив лужу расплавленного металла.

– Сколько крови он нам попортил... Этот Вельзевул. Было дело,- пояснил он в ответ на недоумевающие взгляды товарищей.
– Да и это... Скорее всего, и есть та самая штука, с помощью которой управляют всем этим железом... Вывел её строя, на всякий пожарный. Ну, а теперь - вперед! Внутрь: посмотрим, что творится там.

*

Позвонил Арамис. Неназываемый спустился на первый этаж, чтобы встретить друга и его отряд. Уже сквозь прозрачные сенсорные дверцы выхода с лестницы к лифту, который сейчас не работал, так как был отключен или поломан, он увидел разбитые стекла вестибюля. Туда, внутрь здания, через зияющий, оплавленный по краю, проем залетал снег; пальмы, что стояли здесь некогда в кадках, были перевернуты и растерзаны; их поломанные стволы валялись среди битых стекол. Осколки и снег покоились и на покореженных диванах.

Будка и "вертушка" в стороне от проема, справа, у стены - уцелели; похоже, что охранники и вахтер сейчас прятались в будке, наверное, залегли на полу; оттуда раздавалась приглушенная речь и всхлипы.

Скрип, скрип...

В проем, выбитый в стеклянной стене, въехала коляска с инвалидом. Хрупкая девушка с жестким, ледяным взглядом катила её перед собой. Когда она приблизилась ещё немного, Неназываемый окликнул её:

– Маша! Наконец-то...

Он подался ей навстречу. Сенсорная дверь распахнулась, и он выскочил в вестибюль. И почти что выхватил из ледяных рук девушки ручку коляски: и как только она справилась с такой тяжестью?

– Здравствуй,...Николай, - нагнувшись, тихо сказал он на ухо инвалиду.
– Сейчас может решиться твоя судьба...

И покатил коляску к двери, за которой была лестница.

– Неназываемый!
– окликнули его сзади.

– Арамис!- обернулся он.- Ты со своим боевым отрядом? Что там у нас, по периметру?

– По периметру - противник выведен из строя.

– Хорошо. Тогда, посмотри, что творится в зале, отсюда - справа по коридору... Там наш, Виталик.

– Я его знаю.

– Помогите ребятам, из этого молодежного Центра. Добейте бандюков, и уходите через подвалы...

– Поможем...И я поднимусь к тебе, дело есть...

– Мы будем на втором, в кабинете Виталика. Позвонишь - встречу, - бросил Неназываемый, уже отворачиваясь. Нужно было спешить. Там, на втором этаже, "родное" тело Николая было почти бездыханным...

*

В кабинете всё было по-прежнему. Сенсей сидел рядом с приборами, прямо на столе. Крот сжался в углу и старался быть незаметным. А тело Николая лежало на диване. Неназываемый вошел первым, и закатил коляску.

– Лучше не смотри в сторону дивана, парень, - сказал он инвалиду.

Тот отвел глаза в сторону. Но Маша, что вошла следом, не удержалась, и мгновенно бросила взгляд в том направлении. С её губ сорвался крик. Это же был... Николай.

– Крот! Если операция по возврату Николая в тело пройдет успешно - будешь жить, - сказал Неназываемый, снимая с Крота "намордник".

– Развяжите меня!
– нервно взвизгнул тот.

– Ну, уж нет. Просто, говори, что делать. А мы выполним, - Неназываемый посмотрел на него хмуро.