– А мне двадцать один, - сообщил Вей Ши, надраивая лавку щеткой.
– Мне просто неинтересно.

– Неинтересно, - обиженно пробурчала Каролинка, пририсовывая тигру раздраженно ударяющий по боку хвост.
– Зато мне интересно, вот! И вообще, храм для всех, хочу и хожу. Хочу и стою рядом! Хочу и разговари…

– Великий праотец, это худшее из наказаний!
– резко выдохнул послушник.
– С тобой рядом находиться невозможно, ты, шумная, невыносимая деревенщина! Даже в казармах было спокойнее!

Каролина надулась, топнула ногой.

– Слушай, ну почему ты все время грубишь? И такой высокомерный, а сам ведь ничего из себя не представляешь! Даже дедушке помогал с таким лицом, будто тебя сейчас стошнит. А еще… ещё ты на девчонку похож, вот!

И, не найдя больше слов, от избытка чувств швырнула в него карандаш. Вей Ши, стоящий вполоборота, дернулся в сторону - и от резкого движения остатки кипятка из ковшика плеснули ему на рубаху.

– Мамочки, - пискнула Каролинка, мгновенно растеряв запал и прижав блокнот к груди.
– Прости, пожалуйста, извини, я не хотела, правда!!!

Вей Ши с шипением тянул рубаху вверх, и принцесса замерла. Спина его была покрыта розовыми длинными рубцами. Каролинка ахнула, и йеллоувинец быстро повернулся к ней лицом. Бок его покраснел, и он набросил рубаху на спину, завязав рукава на шее.

– Тебя что, кто-то избил?
– всхлипнув от ужаса и жалости, спросила принцесса.
– Когда я тебя впервые увидела, их не было… Мамочки. Это из-за меня, да? Тебя так наказал Четери? Как же так?

На последних словах голос ее сорвался, и она горько заплакала, размазывая слезы по щекам вместе с тушью.

– Какой кошмаааар! Как же тааак? Я думала, он доообрыыый… - принцесса подскочила к Вей Ши, на скулах которого проступали красные пятна, схватила его за руку.
– Слушай, пойдем со мной, а? У нас есть виталисты, они тебя вылечат. А еще у меня деньги есть. Я тебе дам, и ты сможешь вернуться в Йеллоувинь, к семье. Сколько хочешь дам!

– Послушай, девчонка, - процедил послушник, отнимая руку и склоняясь к ней. Глаза у него были бешеными, но голос - сдержанным, тихим.
– Оставь меня, наконец, в покое. И не смей никому говорить о том, что ты увидела. Иначе я не посмотрю на них, - он кивнул в сторону охранников, - и точно тебе что-нибудь сломаю.

– Но как же… Я должна рассказать сестре…и помочь тебе… - всхлипнула Каролинка, и послушник взорвался.

– Не надо никому рассказывать. И помогать мне не надо! Убирайся!
– рявкнул он так, что она отступила в страхе, а редкие посетители во дворе стали на них оборачиваться.
– Тупая, бестолковая девчонка!
– К ним двинулись охранники, кто-то из служителей.
– Пошла вон, идиотка!

Каролина скривила губы, сжала кулачки, развернулась и выбежала из храма, оставив у входа все свои вещи. И понеслась, задыхаясь от слез и обиды, вниз по выложенной брусчаткой дороге.

Тафия оживала, нагоняя в развитии Истаил. Сюда, в отличие от города Нории, пришло много йеллоувиньцев - из-за близости к стране Желтого Ученого, да и Хань Ши явно благоволил Мастеру клинков. А Четери торопился выполнить обещание, данное теще. Уже рядом с базаром в пустых домах открылись магазинчики современных товаров. Уже бурчали кое-где генераторы, привезенные торговцами, а самые расторопные таскали небольшие товары Зеркалами, нанимая магов. Уже появились, как и в Истаиле, геологоразведчики крупных нефте- и газовых компаний - все спешили занять свою нишу и обойти конкурентов, и никакая война не была помехой бизнесу. Готовилась к открытию маленькая больница, рядом с которой стояли целых четыре генератора, а неподалеку споро ремонтировали большой дом, который было решено превратить в школу.

Тафия с раннего утра наполнялась движением, и шестая принцесса дома Рудлог мчалась мимо лавочников, кочевников, с разрешения Владыки заселяющихся в пустые дома, прихожан, направляющихся в храм, и рыбаков, все надеющихся, что в реке уже появилась рыба. Каролина бежала, пока хватало сил, потом брела, потом постояла, вытирая слезы, на одном из многочисленных мостиков через каналы Города-на-реке и снова побежала - так горько ей было и так противно.

Четери как раз опустился рядом со Светланой на скамью - слуги накрывали на стол, и вот-вот должны были подойти родные жены, когда во двор вбежала красная, заплаканная и растрепанная шестая принцесса дома Рудлог. За ней спешно шагали охранники. Она затормозила перед столом, перевела дыхание.

– Бить людей нельзя, вы знаете об этом?
– крикнула она Чету так звонко, что с кустов во все стороны вспорхнули пестрые пташки. К губам ее прилипли волосы.
– Это варварство! Вы отвратительны!

– Чет?
– Света удивленно повернулась к мужу.

– Тебе пожаловались, маленькая воительница?
– с любопытством спросил Четери, легко погладив Светлану по плечу. От него шло спокойствие. Каролина, немного опешив от его дружелюбия, снова выдохнула, тряхнула расплетшейся косой.

– Нет, - грозно сказала она, - я сама увидела. В храме. Вей Ши, наоборот, требовал, чтобы я не говорила. Но так же нельзя. У него вся спина в шрамах! Это противозаконно!