– Нет-нет, я вас прекрасно понял. Вы, поскольку с этим пришли, склоняетесь к точке зрения, согласно которой события надо воспринимать как странные?

– Мне неудобно признаваться, но, похоже, что так. Они где-то между обычными и непонятными, но ближе к непонятным, причём гораздо ближе. Помните, когда мы только познакомились, вы сообщили, что как начальник должны рассказать мне про Министерство, но полученные сведения могут послужить основой для неправильных выводов, и что ничего не заменит личный опыт. Однако поработав, я убедился, что личный опыт ничего не даёт и даже скорее забирает знание, ведь с каждым днём я теряюсь всё сильнее. То есть он имеет обратный, говоря математически, отрицательный смысл. Такая близость реальности к математике пугает. Пожалуйста, объясните, что здесь творится, или подскажите какой-нибудь способ понимания, а дальше я и сам разберусь.

Борис снял очки и погасил тлеющий в пепельнице окурок.

– Вы подняли серьёзную проблему, но ее серьёзность надуманна. Министерство, будучи большой и солидной организацией, неизбежно выходит за края рационального.

– И что тогда делать?
– спросил Ян.

– Верить.

– Во что? В Министерство?

– Необязательно сразу в него. Начните с веры во что-нибудь, а уверенность в непогрешимости Министерства придёт следом. Приоткрыть дверь, не спрашивая, кто за ней, и всё произойдёт само собой. Великие истины быстро размножаются в подходящей среде. Верить можно во что угодно. Лишь бы вам нравилось, хотя это и необязательно. Немного потерпеть, и через короткое время вследствие веры вы обязательно изменитесь, и тогда то, во что верите, непременно станет вам по душе. Вера безошибочна, это доказывается историей человечества. Верующие во что-то никогда не ошибались, для чего нередко меняли объект веры. Как поверить? Очень несложно. Тысячи методов. Повторяйте одно и то же сотни раз в день, например. А что не вписывается в необходимые рамки, выбрасывайте без объяснений. Метод прост и надёжен. Что здесь такого? Надо сформировать некую внутреннюю реальность, которая вытеснит остальное, а как вы это сделаете, неважно. Сомнения имеют эмоциональную природу, как впрочем, и вся логика. Именно чувства заставляют думать и колебаться, и если испытывать правильные эмоции, то и логические формулы приобретут нужные очертания. Опровергнуть их будет нельзя. Как известно, неумение последовательно мыслить позволяет с лёгкостью побеждать в споре.

– Разрешите спросить, - сказал Ян, - чем занимается Министерство? Промышленностью, наукой, или связано с военным производством? Что означают те цифры, которые я пересчитываю каждый день? Они ведь что-то означают, правда?!

– В ваших словах, - ответил Борис, - сквозит недоверие. Недоверие Министерству. Вы сомневаетесь в нашей работе и поэтому спрашиваете. Не надо так делать. Подобные вопросы по меньшей мере подозрительны. Сомнение наказуемо, в отличие от бездумной веры. Вы получаете зарплату? Получаете. Порядочному гражданину этого достаточно.

– Действительность, - продолжил Борис, - состоит из двух частей. Первая - факты, а вторая - наши желания. Но факты неустойчивы и желания остаются единственной точкой опоры. Они определяют то, во что вы верите, и чем они проще и незамысловатее, тем в более надёжном мире вы живёте. Возьмём, например, обитателей подвала. Они не мучаются от неопределённости и у них есть на всё ответы. Они верят только в то, во что хотят, и чтобы разубедить их, надо сначала изменить их желания, а это невозможно, поскольку они не поверят, что так необходимо поступить для их блага. Согласитесь, есть чему поучиться.

Ян прислонился к спинке стула.

– В чём-то вы, безусловно, правы, - сказал он, - но над многим стоит поразмыслить.

– Хотите, я расскажу одну поучительную историю, - Борис торжественно произнёс эту фразу и даже застегнул воротник, - она быстро развеет ваши сомнения.

– Конечно хочу, - удивлённо ответил Ян и приготовился слушать.

– Эт о история о человеке по имени Эмиль . Он долго жил со своей женой в одном из тех огромных домов, которые невидимо нав и сают н ад нами в темноте, когда мы спешим по улице. Но однажды произошло несчастье. Ж ена Эмиля умерла, и он остался од ин. И пускай они всю жизнь почти не разговаривали, е му стало грустно в этой кварт ире, и он , чтобы убежать от одиночества, решил переехать .

Новая квартира мало отлич а лась от старой . Она тоже таилась на верх них этажах огромного здания, и в ней также было несколько тёмных комнат. П рошлые хозяева , если когда – то здесь и жил и , давно съехали; оставшуюся мебель спр я тали от времени и пыли белыми покрывалами .

П огруженный в свои мысли, Эмиль рассеянно прош ё л по комнатам и подписал документы.

Переезд оказал ся благотворн ым . Теперь он не думал о пр о шлом, не вспоминал жену и не замечал одиночества. Размышлять о том, что случилось вчера – лишь досадная привычка, забытая на старой квартире , г о ворил Эмиль . Он по – прежнему ходил на работу, его кабинет был хоть и маленьким и с не очень высоким потолком , но уютным. Эмиль за долгие годы успел к нему привыкнуть. Друзей у него был о немного, виделись они нечасто , а то и не виделись вообще.

После работы он возвращался домой, садился в кресло, читал газеты, включал телевизор и шёл спать . Так повторялось день за дн ё м , пока о д нажды он случайно не увидел , что в дальней комнате , в которую редко заходил , есть ещ ё одна дверь, которую он никогда не открывал и даже не знал о е ё существовании. Она не напоминала какую – то таинственную дверь из ска з ки ( Эмиль не любил сказок и фантастически х историй) , и выглядела совершенно обычной , но вела в запертую неизвестную комнату. М ожет , она была не слишком различимой на фоне ст ены и немного скрывалась шкафом, но точно не пряталась . Эмиль заметил е ё , когда за ш ёл в комнату , за быв зажечь свет - в темноте поневоле станешь внимательнее .