– Рыбину покрупнее – вздохнул я, лохматя волосы – Ладно… спасибо, добрый продавец.

– Обращайтесь.

– А таких гарпунов у вас много?

– Высшей категории?

– Ага. Их самых.

– Ровно дюжина осталась. Товар не залеживается.

– Ясно – повторил я, лихорадочно прикидывая в голове дальнейшие действия – Спасибо! Я скоро вернусь!

– Всегда рады хорошим покупателям – ослепительно сверкнула широкая профессиональная улыбка.

Бизнесмены блин средневековые.

И что мне делать?

Покинув лавку, я зашел в небольшой тенистый скверик и, спрятавшись от утреннего солнца, уселся на бортик фонтана. Благодаря ловкости легко поймал несколько пучеглазых золотых рыбок и устроил Ползуну второй завтрак. Тот, довольно заурчав, принялся отъедаться.

Я рыбок есть не стал. Мне не до лакомства. Мне надо придумать, где отыскать полтораста золотых монет.

Я намеревался купить всю дюжину первоклассных гарпунов высшей категории. На обработанных мною рисунках с фрески нельзя было увидеть саму тварь, надежно опутанную сетями, зато отчетливо виделся добрый десяток глубоко ушедших в ее тело гарпунов.

Гарпун – оружие отличное. Но метнув его в цель, остаешься безоружным – особенно если гарпун зазубрен и глубоко ушел. Да он и должен оставаться в теле жертвы – причиняя ей дополнительную боль, ослабляя и добавляя столь ценный для меня эффект как «кровотечение». Как я успел увидеть, в гарпуны высшей категории, продающиеся в магазине рода Роммов, была вплетена еще и магия, повышающая обильность «кровотечения». Понятно, что кровь хлестать не станет. А вот жизнь монстра уменьшаться будет. И чем больше воткнутых в тело твари гарпунов – тем больше ран, тем больше истекания крови.

При метании гарпуна в цель вступает в дело изученное мною умение с пугающим названием и выкриком. И я бы хотел воспользоваться умением хотя бы несколько раз – для чего мне требуется несколько гарпунов. Когда гарпун засядет в тело твари вряд ли она вырвет его и поднесет со словами: «На, братан, метай еще. Целься в глаз!».

Как не крути – нужно либо гарпуны воровать, либо покупать.

Своровать не смогу – не того ранга я вор пока, чтобы решиться на взлом хорошо защищенной торговой лавки.

Купить не могу – денег нет.

Но тут уже есть варианты. Смогу попытаться набрать хоть какую-то сумму – незаконными само собой путями. Попутно постараюсь разведать и выяснить что-то еще о храмовых подземельях.

Встав с бортика фонтана, я направился по улице, нацелившись на дремлющего на лавке парня прикрывшего голову соломенной шляпой. Рядом почти пустая бутылка вина. Босые ноги черны от грязи. Деревенщина. Наверное, привез в город телегу с зеленью. Продал оптовому покупателю. Денежку убрал, повезет обратно. Но на свою беду решил немного выпить. На солнышке его развезло, и он сладко задремал… Попробую добавить немного горечи в его излишне сладкую цифровую жизнь…

Спустя пару часов дела мои не слишком чтобы поправились. Я оббежал почти весь городок. И выучил новый урок – чем меньше территория, тем быстрее ты примелькаешься. Особенно если крутишься в почти безлюдных переулках. А ведь именно там дрыхли мои разморенные выпивкой и солнцем жертвы! Старшее седое поколение в отличие от них не дремало. И все чаще на моей персоне скрещивались внимательные взгляды.

В центре куда безопасней – здесь многолюдней.

Через несколько часов начнется состязание по рыбной ловле. Народу набежало со всех уголков света. Такое впечатление, что обещали присутствие звезд мирового класса. И все терпеливо ждут их появления, попутно обжираясь деликатесами, запивая все солидными дозами вина. Музыка с каждым часом становилась все громче. На площади народ оккупировал тенты для простолюдинов и вовсю предавался чревоугодию. Неподалеку высился еще один тент – для лиц рангом повыше. И там было почти пусто. Видимо высокие гости изволили долго собираться и прибудут к самому началу торжества. Мэр был тут как тут. Все в том же наряде, надутый как жаба, с невероятной важностью он шарахался по площади без видимого дела, таская за собой двух молчаливых стражей.

Угостив себя и Ползуна парой жареных лягух, отправился дальше. На площади воровать рискованно. Даже пробовать не стал. Я вновь направился по переулкам, стараясь придать своей вороватой личности внешнюю безразличность и полное спокойствие. Пентюх как пентюх. Деревенский увалень с разинутым ртом.

Переулки порадовали двумя жертвами. Но улов жидкий.

Четыре бутылки вина. Три ключа непонятно от каких замков. Серебряная монета и десяток медных. Плюс всякая мелочевка вроде оторванных медных пуговиц, коробочка с нюхательной солью и медальон с изображением не слишком привлекательной девицы. Медальон из серебра.

Сам не заметил, как оказался у храмовых развалин. И с облегчением заметил, что дела здесь не продвинулись. Пребывали в том же самом благословенном для меня ступоре. Строители сгрудились в плотную толпу и переговаривались. Причем переговаривались так громогласно, будто стояли не рядом друг с другом, а по меньшей мере на расстоянии десятка шагов. Ор стоял будь здоров. К тому же все размахивали руками, в бурных жестах выражая то, что не могли выразить словами. Издали, казалось, что мужики не разговаривают, а дерутся.