– А кормить будут?

– Двери в общую столовую справа, в гардеробную и ванные комнаты слева.

– А двери на выход? – я потянулась за халатиком на спинке кровати.

– В этом крыле резиденции внешние двери заблокированы с тех пор, как жертвенницы заселились.

– А сколько времени прошло? И как тут время течет?

– Как в Дарлогрии. Трое суток с момента заселения и двое с момента блокировки.

– Я спала трое суток?!

– Мы тоже были удивлены. Но надеялись на Ваше пробуждение. А вот для жертвенниц это стало знаком к массовому суициду. Пришлось принять меры.

Предположила самое худшее:

– Из жертвенниц здесь осталась я одна?

– Что Вы, нет! Из жертвенниц на одну спящую стало меньше.

– Умно. Нужно было раньше. А то они все время о смерти, да о смерти… Знаешь, как нервирует?!

– Знаю, - вздохнул бес, - хозяин теперь тоже знает.

Хоромы у Нардо потрясающие. Но, памятуя о том, как они наводят эту красоту, сильно не восхищалась и естественности не просила. Вдруг это нутро какой-то жабы или крысы и сторожит его пара собратьев многолапого Пего.

Первым делом приняла потрясающую ванную, переоделась и плотно позавтракала. Была надежда еще поспать, но я получила документы и копии договоров Дарлогрии, а также описание их традиций. Вся документация велась на синих кусках кожи, чернила на ней блестели и переливались, а скрепляли листы костяные замочки в виде птичьих лап. Стопок было три, и каждая превосходила меня по росту.

– Люциус очень ответственный, - заметила я скептически, когда бес принес четвертую стопку. – Или это мания?

– Это не его маничка, а Короля.

– Ладно, - я устроилась на пушистом ковре и открыла один из документов. Уж если слово дала, необходимо его сдержать. Открыв первый лист, я расстроилась:

– Бес, а юристы Темнейшества прибудут?

– К Вам не велено кого-либо допускать. Его Величество остерегается новых покушений. Вы можете обратиться к Нардо, хозяин знает их законы

– Ладно. Разберусь сама. – Бес исчез, а я, ругаясь, приступила к работе. Через какое-то довольно продолжительное время на новом витиеватом выражении моя выдержка пала:

– Да тут сам черт ногу сломит!

– Галя, - послышался укоризненный голос Нардо сверху. Помяни черта, называется…

– Да? Черт тебя побери!

– Что ты там делаешь?

– Ни черта!

– Прекрати немедленно, - потребовал Нардо.

– Иди ты к черту на кулички! У меня тут трагедия, а он возмущается. Я договора и основы традиции Дарлогрии просматриваю. А там бюрократических идей как в аду чертей, видимо-невидимо.

Вжик, я оказываюсь в другой комнате перед кроватью, на которой лежит несчастный черт с компрессом на голове, а рядом с ним какое-то шипастое чудище варево готовит.

– Сколько у тебя вариаций ругательств? – спросил Нардо тихо.

– Их у меня до черта! Особенно здесь.

– Что это значит?

– В твоем доме мне всюду черти мерещатся… вот, один на кровати лежит.

– Кто лежит на кровати? – не понял он.

– Черты Вашего лица напоминают мне черта. – Я ласково ему улыбнулась. Никогда не знала, что могу быть такой кровожадной. Но отчего-то вспоминалось и его поведение в лесу, и во дворце Темного Повелителя.

– Галя! Я второй час терплю ужасные головные боли, неужели так трудно воздержаться от ругательств.

– Трудно. – Четно призналась я.

– Галя, заткнись.

– Мог бы сказать: «Помолчи».

– Замолчи!

В дьявольской тишине чудище напоил его своим зеленоватым дымящимся отваром. Сменив компресс многострадальцу, оно с поклоном отошло в мою сторону. Лорд подземных чертогов, как тяжело больной, некоторое время тупо смотрел в потолок, потом поманил пальцами монстра. Тот не двинулся. Поворачиваюсь к шипастому, киваю головой в сторону Нардо.

А он не двигается, а даже наоборот улыбается и мне указывает лапой, как бы говоря: «Иди сама».

– Счаз! Бегу. – Ответила я и сложила руки не груди. Черт опять в полном молчании сделал неизвестный знак. Шипастый монстр остался на месте, и я стою.

Нет, ну реально – меня сюда переместили, мне рот закрыли, и тут еще какие-то знаки выдают – не пойду. А монстр тем временем, указал на Нардо, потом на меня и двумя пальцами на раскрытой кверху лапе второй руки изобразил шагающего человечка.

Может сделать вид, что я не поняла его? – подумала и мило улыбнулась, пожимая плечами. Он посуровел,отчего шипы на спине и плечах начали расти. И в этом воинственном и зловещем виде потянулся ко мне!