– Так это наше задание – накормить гостей. – Поняла я, и мой желудок, до этого требовавший жрать и на месте порвать всех, мешающих завтраку, вдруг умолк от испуга.

– Д-да…

– И что? Чего стоим, трусим? Мальчики кушают, - я глянула на гостей и с удивлением отметила, что кушают они много и быстро, почти полностью подчищая столы. А круче всего были их плотоядные взгляды. И если в любовных романах этим взглядам плотоядным предавалось одно значение, то тут совсем другое – не косвенное, прямое. И почему-то все три грозно обещающих взгляда предназначались мне.

От страха я сглотнула:

– И куда влезает? Ульрима, что у них с пищеварительной системой? Одна кишка, а сзади подгузник?

– Галя…!
– под тройной вопль двух жертвенниц и мохнатика с гостей слетели прикрывающие их до этого плащи, окончательно открыв вид на великолепную мускулатуру трех оооогромных монстров зеленого цвета.

– Эм…, а не пора ли пополнить угощение для дорогих гостей. – Обратилась я к бесу.

– Ну, Галя!

– Не Галькай…, я нечаянно. И вообще, предупреждать нужно!

Бес лишь покачал головой и хлопнул в свои мохнатые ладоши. В залу тут же потянулись бесята с подносами, а среди них и Льелик. Цепочки младших помощников с подносами, не прерываясь, потянулись к столам, а от столов в кухню. Таким образом, был создан «полноедный» и непрерывный поток провизии на столы. А еды на поверхности оных не прибавилось.

– Мать их! Куда же лезет–то… - опять с языка сорвалось нечаянно, но совсем тихо, так что зеленые монстры не услышали. Ухватив жертвенниц и беса за руки, я оттянула их в дальний угол столовой залы.

– Рассказывайте, что происходит, и живо!

– Что, теперь страшно, да? – сыронизировала Эва.

– Еще бы мне не страшиться, если ты все равно переродишься. А ее, – я ткнула в зеленку пальцем, - возможно, не даст сожрать муж возможный. И это они по мою тушку эстафету устроили. Ну же!

– В общем, - вздохнула Ульрима, - это мужчины моего мира…

– Вижу. Чего жрут так много?

– Они с охоты.

– И? – я подгоняла и в то же время нечаянно из-за нервной обстановки тормозила водницу.

– Сил растратили много, теперь нужно восполнить. Так как на охоту собираются раз в десятилетие, то и силы после нее копят на следующее. А потом ничего не едят.

– И что? Они охоту вчера себе устроили?

– Да, - вздохнул бес, - узнали, что будут гостями и даже Повелителю предложили киторкиргов неирвических в Океаниях ловить.

– И предупредить заранее он не мог?! – сжав кулаки, уперла руки в боки.

– Вы не дали! – вздохнул бес. – Вы же сразу с вопросом о ремне к нему подошли.

– Опять я виновата…?!

– Никто тебя не винит… - всхлипнули девчонки, - мы и так знали, что умрем!

– Я ландышем стану, - всплеснула руками ревущая зеленка.

– А я матерью-героиней!
– всхлипнула Эва.

Вспомнились ее выбросы спор и вечное грибное удушение:

– Да уж, нагероинила ты уже основательно.

– Эти не приживутся. – Вздохнула она. – Не тот уровень страха.

– И слава Богу! – махнула я рукой, - мы все твоими спорами надышаться успели. Как представлю… А лучше не представлять.

– Мохнатик, - обратилась я к сердитому бесу, - А сколько еще может продолжаться этот фестиваль?

– Сутки, если поставка провизии не прекратится.

– А это возможно? Как это?! Как скоро? – высказались мы все.

– Возможно. – Ответил бес и Ульрима села на пол.
– Если Король закроет порталы. – Эва тоже опустилась на пол. – Наших запасов хватило бы на трое суток, но так как господа рассержены и, следовательно, увеличились, то… - я сникла, подумав о скорой смерти на пустой желудок, - то еще на три часа.

От такой радости даже подпрыгнула на месте: - Умру не голодной!

– И это все что тебя интересует?! – насупилась жертвенницы.

– Пока, да. Я на голодный желудок соображаю хуже. Мохнатик, организуй нам завтрак сытный, срочно!

– Где?

– Да хоть здесь, только поторопись!

Нам накрыли, и минуты не прошло, так как под заказ просить еды не стали, ограбили обжорливых гостей еще на кухне. Вкусным было все! Даже моллюски, водоросли, крабы и мясо неизвестного зверя. А после подали чай и булочки, я чашкой отсалютовала наблюдавшим за нами монстрам и улыбнулась. И они еще метра на два вверх выросли. Загривки коснулись потолка.