Инга легко рассмеялась, а у Мэтью при этих словах кольнуло в груди, и он вдруг вспомнил вторую часть своего видения. От волнения у него даже руки затряслись. Он нетерпеливо похлопал Ингу по ляжке, призывая ее слезть с его ног, вскочил и заходил по комнате. Как он мог забыть о чем-то настолько важном! Как, однако, гормоны дурманят голову…

— Изабелла фон Гриффенклау… — пробормотал он, вспоминая.

Инга недоуменно уставилась на него.

— Что? Какая Изабелла?

— Я… узнал про нее из твоих воспоминаний… Ты показала мне письмо-циркуляр, которое… нашла в… ну, в общем, не важно, где…

И он дословно процитировал содержание загадочного письма — к его восторгу оказалось, что фотографическая память входит в его способности.

Инга наморщила лоб.

— У принца Гобарда действительно была обнаружена наследница — я, правда, не помнила, как ее звали… Постой! — она тоже вскочила. — У моего отца, ты говоришь? Повтори-как еще раз это письмо…

Он послушно повторил.

— Этого не может быть… — почти умоляюще заглядывая ему в глаза, Инга крутила головой. — Ты не ошибаешься? Точно у моего отца? Я не помню ничего подобного… Зачем я тебе эту писульку показала?

Мэтью покраснел. Он как-то не подумал, что придется объяснять, как он хотел насильно пролезть туда, куда его отчаянно не пускали, а ей пришлось отбиваться от него таинственными циркулярами…

— Ну, может, это просто мой мозг так все подстроил, что ты мне показала… Оно там как-то не очень все понятно работает — у меня в голове… А в чем дело?

— Ну, конечно! — яростно закивала она, больше прислушиваясь к своим мыслям. — Это просто ты сам вспомнил, а из-за того, что был у меня в воспоминаниях, оно все так представилось, как будто это я тебе сказала. Мой отец в принципе не мог быть одним из…

— Как ты сказал? Изабелла Гриффен-что? — неожиданно встрял Гоша.

— Гриффенклау. Тебе что-то известно о ней?

Гоша наморщил лоб.

— Что-то мы такое проходили… На лекции по криминалистике…

Ничего себе! Так эта Изабелла — еще и среди людлингов известная фигура? И об этом знает разгильдяй-первогодка, а он — кандидат наук — ни в зуб ногой…

Мэтью нахмурился и, незаметно даже для себя, попытался просканировать Гошины воспоминания.

— Ай! — вскрикнул Гоша и схватился за голову. — Ты что это делаешь?!

Мэтью опомнился и вобрал в себя «щупальца». Еще не хватало ненароком укокошить мальчишку-соседа.

Ситуация была не из простых — с одной стороны, его внутреннему «детективу» совершенно необходимо было докопаться до правды и узнать, что за персонаж скрывается под благородной немецкой фамилией. И как именно ему полагалось найти ее «смерть». Не говоря уже о том, что неплохо бы выяснить, что за организация занималась выявлением потомков его печально знаменитого предка, картины из жизни которого Лоренс обожал ему показывать при любом удобном случае.

А с другой стороны — нужно было как-то отвлечь Ингу от расспросов о том, каким образом у него в руках оказалась бумага с этой самой фамилией. Неизвестно еще, как она отреагирует на то, что его одолело маниакальное желание знать. Мэтью решил, что, как только выдастся спокойный момент, нужно будет все обдумать и решить, как ему дальше действовать. А вообще, по уму надо бы где-нибудь залезть в интернет и поискать…

— Вспомнил!

Все подскочили и посмотрели на Гошу, который выпрямился и сидел в кресле с горящими от возбуждения глазами.

— Я вспомнил эту… Гриффенклау! — и он перевел взгляд на Мэтью. — Она умерла, да?

Мэтью осторожно кивнул — судя по тому, что он должен был «найти ее смерть», похоже, что умерла.

— Значит, точно она. Где-то полгода назад, в конце первого полугодия — у нас было задание, по криминалистике… типа эссе… — необычные смерти нашего века и как на них реагирует пресса…

— Котенок, ты на каком факультете? — с изумлением в голосе спросила Инга.

— На юридическом, — вызывающе ответил Гоша, по виду уже готовый отражать недоверчивые смешки и издевки. Потому что последнее, о чем мог подумать человек, глядя на растрепанные вихры и неотягощенный интеллектом взгляд Гоши Липатова, это то, что этот мальчишка готовится стать юристом.

Мэтью и сам поражался, как этому балбесу удалось поступить, да и вообще, продержаться на такой сложной программе целый год. Да еще и на бюджетном отделении. Однако сейчас это волновало его меньше всего.

— И что — она умерла как-нибудь… необычно, эта Изабелла?

Гоша кивнул.

— Ага. Она… если это, конечно, она… подорвалась на бомбе неизвестного происхождения. В гостинице. В Мюнхене, кажется, в 2007-м году… В газетах писали, что это было похоже на маленький ядерный взрыв. Только без радиации.