– Едрить твою… - Ольга со свистом втянула воздух между зубами. – Херово. Подожди секунду, - она сказала что-то в сторону, выслушала ответ и вернулась. – Ты не мог бы со мной поехать? К ней?

– Ты тоже думаешь, что-то случилось?

– Даже примерно догадываюсь, что именно.

– За тобой заехать? Вы же на Пионерке? – я вышел в прихожую и снял куртку с вешалки.

– Да. А ты где?

– На Академке.

– Крюк такой. Давай около ее дома. От нас маршрутка прямо туда идет. Кто первый, тот подождет.

– Ты хоть можешь сказать, в чем дело? – подхватив ключи от Мица, я уже открывал дверь.

– Боюсь, козел ее бывший подвалил. Она тебе ничего не говорила?

– Нет. Только то, что разводится.

– Он из пушки во всю голову убитый кретин. И сволочь. По-хорошему, в ментуру бы позвонить, но что сказать? На смех поднимут. Все, давай, поехали.

Если Ольга не ошиблась, теперь, похоже, главная задача – никого не убить. И чтобы не получилось так, Наташа заявит: все, мы не разводимся, у нас снова любовь и дружба. Хотя… тогда я точно кого-нибудь убью.

До Наташиного дома доехал как на автопилоте. С трудом заставил себя успокоиться. От этого бешенства никакого толку не было, наоборот мешало. Припарковался во дворе рядом с черным Ренджем, вышел, закурил. Сказал себе: если все обойдется, брошу.

В арку вошла плотненькая девушка в синей куртке. Остановилась, покрутила головой, стряхнула с лица косую челку. Увидела меня и, похоже, узнала по аватарке.

– Привет, - сказала, подходя ближе. – Может, я, конечно, все мимо кассы, но на Наташку не похоже. Она слишком ответственная, чтобы не выйти на работу и не позвонить.

– Я от нее вчера уехал часов в одиннадцать, вроде, все нормально было.

– Если ты думаешь, что накосячил как-то, расслабься, - она пощелкала пальцами, прося сигарету. – Сейчас, дай отдышусь минутку. Я с ней вчера после этого разговаривала. Она прямо улетала от восторга. Хотя… кой-какие сомнения были.

– В смысле? – я чиркнул зажигалкой, давая ей прикурить. – Во мне?

– Она боится, что для тебя это так… несерьезно.

– Спасибо, - тут подразумевалась табличка sarcasmo.
– Наверно, дал ей все основания так думать.

– Не обижайся. Она просто один раз уже нажглась капитально. Пуганая ворона. Черт!.. Он точно там. Это его машина, - Ольга показала на Рендж Ровер. – Видишь, обезьяна под стеклом висит? Он меня как-то подвозил, я запомнила. И как он ее только нашел?

– Обезьяну? – не понял я.

– Наташку, - поморщилась Ольга. – Она в июне от него сбежала. С одной сумкой и с енотом. И с синяком на полморды. И это было далеко не впервые, когда он на нее руку поднял. Разводиться не хочет. Два раза на суд не пришел. На этой неделе последний должен быть. Ты только это… - видимо, у меня на лице читалось что-то такое очень выразительное, - без уголовного кодекса, ладно?

– Главное – чтобы дверь открыл, а там разберемся. И чтобы она не сказала: проваливайте, мы решили начать все сначала.

– Не думаю. А дверь – это тебе как-то придется. Меня он знает, не откроет. Если, конечно, и тебя не срисовал уже. Ну, идем?

В лифте я вспомнил, как вчера мы с Наташей поднимались и целовались, поглядывая на отражение в зеркале.

Так, все. Спокойно!

Выйдя из лифта, я снял куртку, свитер, оставшись в футболке, волосы растрепал. Тапок домашних не хватало, ну да ладно, и так сойдет.

– Держи, - отдал все Ольге. – Отойди в сторону, чтобы тебя видно не было.

Позвонив в дверь три раза, я начал барабанить ногой.

– Что за дела? – крикнул мужской голос. – Кто там?

– Сосед снизу. Ты мне всю квартиру затопил. Открывай давай!

Фокус немудреный, но Александр Петрович, чтоб его разорвало, купился.

– У меня все сухо, - щелкнул замок. – Иди сам посмотри. Это не от нас. Наверно…

Его «наверно» меня не интересовало. Он был чуть ниже, но довольно накачанный. Зато на моей стороне играли неожиданность и бешенство, которое теперь уже можно было снова включить на полную катушку.

Я зажал его в угол и пару раз крепко приложил под ребра, стараясь, чтобы не осталось следов. Завернул воротник рубашки под кадыком, перекрыв кислород и сказал, глядя в глаза:

– Не дай бог к ней на километр подойдешь, сука, на куски порву.

Поддав еще раз, добавил несколько энергичных выражений, которые очень хорошо способствуют пониманию ситуации, и в этот момент краем глаза увидел Наташу. Она вышла из комнаты и стояла, прислонившись к стене. На секунду я испугался, что сейчас услышу: «Оставь его!», но она смотрела молча. На ее щеке я увидел большое красное пятно, и тут уж все заполыхало.