– Доброе утро, соня! – Катя на мгновение оторвалась от дымящейся сковородки и помахала мне рукой. – Через пять минут завтрак. Яичница.

– С колбасой и помидорками? – с надеждой спросил я.

– С колбасой и помидорками. – Катя улыбнулась и указала на ведро у двери. – Принеси воды, в умывальнике почти закончилась.

Воды так воды. И что бы они без меня делали? Повар из меня на три с минусом, конспиратор аховый, да и стратег уж точно послабее Романова – но кто-то ведь должен и таскать тяжести. Удивительно, как быстро мы приспособились друг к другу. Гениального программиста, загадочного вампира – в прошлом явно сотрудника какой-нибудь грозной организации – девушку-доктора и тридцатилетнего безработного писателя свела суровая необходимость и условно общий враг – но теперь мы стали… пожалуй, почти семьей. С двумя великовозрастными детишками, суровым папой и любимым престарелым дедулей… Кстати, где он? Обычно Романов поднимался вместе с Катей и сидел в своей каталке на кухне, пока она колдовала у плиты – но сейчас куда-то пропал.

– А где Алекс? – Я опустил наполнено водой ведро на пол. – Еще спит?

– Ушел в виртуальные миры, – отозвалась Катя. – По важным делам.

Вот как? С тех самых пор, как мы удрали из Питера, я ни разу не видел, чтобы Романов погружался в игру – а теперь ему вдруг что-то там понадобилось…

Не давай ему заходить в вирт.

Вот что крикнул в трубку напоследок Павел Викторович. Не угрозу, не обещание золотых гор – не давай заходить в вирт. Будто бы от меня что-то зависит…

– Что он там забыл? – поинтересовался я.

– Я не спрашивала. – Катя пожала плечами. – У великих свои дороги.

– И свои цели, – проворчал я, опускаясь на стул. – Я до сих пор понятия не имею, что ему нужно.

– А что нужно тебе? – Катя сняла сковородку с плиты. – Я бы на твоем месте в первую очередь задумалась об этом.

– Судя по всему, спасти мир, – усмехнулся я. – От злых дядек. Правда, понятия не имею, как это нужно делать.

– А вот Алекс, похоже, имеет. – Катя принялась раскладывать еду по тарелкам. – А меня больше интересует другое: когда ты спасешь мир от злых дядек – кто потом спасет мир от тебя?

– Кхм… поясни?

– Игра меняет тебя, Антон. – Катя поставила передо мной ароматное кушанье. – И не все перемены мне нравятся. Ты становишься жестким.

– Ну, допустим, я и раньше не был мягким пирожочком, – ответил я, озираясь в поисках вилки. – А сейчас это тем более необходимо.

– Наверное, – вздохнула Катя. – Игра вытаскивает из тебя что-то, а что-то – наоборот – засовывает поглубже. Власть – опасная штука.

– Тебя что, Гримнир покусал? Можно попроще?

– Не прикидывайся. – Катя выключила плитки и уселась за стол напротив меня. – Разве тебе не нравится быть ярлом? Сражения, интриги, победы – ты во всем этом, как рыба в воде. И ты получаешь все! Золото, добычу, корабли… женщин.

– Что-о-о-о? – протянул я. – Ты о чем, Кать? У меня полный корабль мужиков, а…

– Ты серьезно? – Катя захихикала. – Ты что, не видишь, как она на тебя смотрит?

– Кто – она?

– Вигдис. Вот прямо глаз от тебя не отводит. – Катя пододвинула мне вилку. – И ходит хвостиком.

– Перестань! – Я сердито ковырнул вилкой, вымещая раздражение на ни в чем не повинной яичнице. – Она НПС! И жена Хроки, а он только что погиб… и вообще, она еще маленькая, и ничего такого…

– Ну и что? – Катя поморщилась. – Ей семнадцать. По меркам игры – вполне себе зрелая девушка. И вряд ли она будет долго горевать. Похоже, она уже обратила внимание на другого мужчину. Хитроумного, сильного, властного…

– Кать, ну не смеши мои тапки, а? – простонал я. – Она… она знает, кто я такой.

– Тем более! – Катя ничуть не удивилась. – Ты что, «Сумерки» не смотрел?

– Это по Глуховскому которые? – Я задумался и едва не прикусил язык. – Двадцать третьего года?

– Так, понятно. – Катя покачала головой. – Да неважно! Тебе что, не нравится Вигдис? Она молодая, красивая, умная…

– Хватит! – Я едва удержался от того, чтобы грохнуть по столу кулаком. – Если что – ты тоже молодая, красивая и…

– Большое спасибо.

Ядом в голосе Кате можно было бы смазывать стрелы. Я уже приготовился ответить что-нибудь не менее язвительное, но тут сбоку скрипнула дверь, и на кухню вкатился Романов.

Демиург собственной персоной.

– Что за шум, а драки нету? – поинтересовался он.

– Да так, ничего. – Катя пододвинула к краю стола еще одну тарелку. – Завтракать?

– Спасибо, Катюш. Не откажусь.

Пару минут мы провели в полной тишине, наполненной разве что негромким стуком вилок о тарелки. Но вот яичница закончилась – и молчание понемногу становилось томительным.

– Алекс… – Я прокашлялся. – Могу я поинтересоваться, что вы сегодня делали в игре?

– То же самое, что и обычно. – Романов пожал плечами. – Пытался понять, что происходит… И исправить то, что еще можно исправить.

– Это не ответ, – фыркнул я. – Я не верю, что вы просто отправились побродить по «Гардарике» в дырявой шляпе Гримнира… Я не могу ничего от вас требовать, Алекс, но мне кажется, что раз уж мы теперь вместе – стоит раскрыть карты. Хотя бы немного.

– Раскрывай, – усмехнулся Романов. – Сколько у тебя сейчас осколков «Светоча»?