– Ты хоть имя спросил, кто это был?

– Господин бургомистр, да кто ж в трактире имена спрашивает? Приехали господа голодные, отдохнуть пожелали. Накормили мы их, господа расплатились и поехали.

– Ну, хоть на коней посмотрел? Гербы, гербы какие на попонах вышиты.

– Да какая там вышивка, господин бургомистр!?
– Не вытерпев, вступилась за мужа Эдна.
– Полгорода сбежалось на чужих господ поглядеть. Мы в зале едва поворачиваться успеваем.

– Несознательные вы граждане!
– Возмутился господин бургомистр такой безответственности.
– Меня не позвали, сами не посмотрели... А вдруг это заговорщики какие-нибудь? За пару монет Родину продать готовы!

Бургомистр поговорил еще с четверть часа, произнеся пламенную речь о том, как необходима бдительность в наше нелегкое время, и выпив добрый круг пива.

– Бедный господин бургомистр!
– Участливо вздохнула трактирщица Эдна, когда они с мужем проводили последнего гостя. - Совсем помешался на этих заговорщиках. После того как в столице арестовали того господина, что купил Роде для покойной жены, все никак не успокоится.

– Умгу, - угрюмо кивнул Эдо, запуская наконец-то ложку в миску с наваристой похлебкой, - только господина того в округе мало кто в лицо помнил, а житья от господина бургомистра нету нам - честным людям.

– Как всегда...
– Вздохнув, Эдна взяла чистое полотенце и пошла проверять, хорошо ли девчонки отскребли столы и протерли пивные кружки. Сегодня был удачный день, богатый на сплетни и на выручку. Но завтра придет новый день и людям снова захочется пива. Господа господами, а негоже добрым соседям пиво в немытых кружках подавать.

***

Утро не задалось у Мелиссы с самого завтрака. Все началось с того, что за завтраком она поссорилась с мальчиками и самым недопустимым образом сорвалась, впервые за долгое время накричав на братьев. Те, в свою очередь, вспылили и убежали куда-то, не показываясь сестре на глаза уже добрых полдня, так что Мелисса уже начинала волноваться.

Остыв, она осознала, что мальчики, по-сути, ни в чем не виноваты: ни в ее бесконечной усталости, ни в назойливых шепотках за спиной. Ни даже в том, что сегодня она оказалась не в настроении выслушивать их вечное ворчание по поводу надоевшей каши.

Сейчас Мелли, конечно, понимала, что дело не в мальчиках, а в ней. Вчера она впервые за долгое время позволила себе запретное удовольствие в надежде, что в жарко натопленной комнате и после купания в ароматной воде жизнь покажется чуточку лучше. К сожалению, мамино любимое средство в этот раз не сработало. Расчесывая у камина волосы, освобожденные ради такого случая из-под чепца, она имела неосторожность посмотреть на себя в зеркало. От отчаяния, накатившего на нее в тот момент, сердце сжималось до сих пор. Она ведь совсем не уродина, и вовсе еще не старая, но все, что ожидает ее в этой жизни, - строгие чепцы, практичные платья и вечные хозяйственные заботы.

– Ну и дура! Так тебе и надо!
– Ругала себя Мелисса, разбирая бумаги.
– Попустила вожжи, утонула в жалости к себе, теперь переживай за мальчиков. Ну, подумаешь, кашу не хотели есть! Можно подумать, ты сама не жаловалась недавно, что уже видеть ее не можешь...

– Госпожа, там всадники какие-то во дворе. Вас спрашивают.

Вид у горничной был испуганный. Еще бы! Обыск и бесконечные допросы после ареста отчима коснулись не только членов семьи.

– Что им надо?
– Мелисса тоже встревожилась, вспоминая туманные намеки из письма господ заседателей.

– Не сказали. Сказали только. Что приехали к хозяйке по важному делу.

Решившись, Мелли быстро, пока не передумала, распорядилась.

 - Пошли мальчишек из наших, дворовых, чтобы нашли господ Нильса и Кристофа. Если найдут, пусть передадут, чтобы домой пока не возвращались.

– Так весна ж еще, холодно, - резонно заметила горничная, стараясь не показывать виду, что удивлена причудой госпожи.

– Пусть пересидят в старом амбаре. Подашь нам с господами чего-нибудь горячего, а потом отправь туда какой-нибудь еды и пару одеял.

– Вы боитесь...?

– Ничего я не боюсь. Просто, незачем мальчикам сейчас крутиться перед чужими людьми.
– отрезала Мелисса, в придирчиво оглядывая себя в зеркало. Так, чепец надо натянуть поплотнее, и еще накинуть теплую шаль на плечи, и... Да нет, хватит, пожалуй. Если господа действительно относятся к Тайной Службе, ее возраст им прекрасно известен. И тогда такой нарочитый спектакль вызовет лишь ненужные подозрения.

Выйдя в гостиную, Мелли заставила себя чинно усесться в кресло и взять в руки вышивку, дожидаясь, пока слуги проводят нежданных гостей. Так и не дождавшись положенного представления, она привстала, приветствуя гостей и исподволь разглядывая вошедших мужчин. Старший из них показался ей опасным, словно волк в овечьей шкуре. За время следствия Мелли уже успела повидать таких, очень вежливых с виду, господ. А второй...

– Ваше высочество!
– выдохнула она, приседая в глубоком реверансе.

– Мелли?
– Услышала она пораженный возглас.
– Мелли фон Ратиборг???

Удивление, прозвучавшее в этих словах, заставило щеки девушки запылать краской стыда. Можно только представить, что Его Высочество думает о ней сейчас. Да уж, произвела впечатление, ничего не скажешь.

– Госпожа фон Ратиборг, простите мою несдержанность.
– Его Высочество (сказались годы на дипломатической службе) опомнился первым.
– Я получил Ваше письмо и решил лично проверить, чем могу быть полезен.