— Верь больше всяким сказкам, — оборвал его Валентин.

— Нет, я не могла сразу вспомнить эту мою «вторую» жизнь, и это мучало меня, — продолжала Иванка. — Мне тогда было по-настоящему страшно. — Она помолчала. — Но, наверно, с этого момента я стала понемногу возвращаться в наш мир. Не зря говорят, сердолик — волшебный камень.

Кирилл был счастлив, что Лера обратилась за помощью именно к нему. Он с удовольствием проводил время в компании друзей. Конечно, основным поводом была Лера, которая произвела неизгладимое впечатление на «колобка» (так окрестил Кирилла Валентин). А к странностям новых друзей Кирилл уже почти привык. Правда, везде, где они ни появлялись, с ними происходили самые невероятные приключения. Но что поделать! Творческие люди — они такие фантазеры! И чего бы стоило их творчество, если бы с ними случалось то же, что и со всеми каждый обычный день?!

Кроме того, Кирилл и сам был еще тот авантюрист, изъездивший полмира. Потому и основал небольшой туристический бизнес, променяв жизнь респектабельного, пусть даже и не крупного, бизнесмена на постоянные скитания по свету.

— Самое интересное, что тут у нас на Санторине в это время не было даже намека на ураган, — рассказывал им потом Кирилл.

Друзья старались обсуждать детали событий на острове Василикос в отсутствие Карла. Порой Лера просто-напросто посылала его принести что-нибудь из буфета, когда им казалось, что услышанное будет им превратно понято.

Но в любом случае они все были ему очень благодарны, ведь он помог им с обратным выездом и оформлением новых документов.

И теперь друзья просто отдыхали на палубе этого большого комфортабельного парохода, плывущего по Средиземному морю домой на самой медленной в мире, «круизной» скорости.

Правда, было одно обстоятельство, которое немного омрачало эту их радость возвращения. Хотя цель их экспедиции — найти пропавшего художника — была достигнута. Но Николай все еще оставался в монастыре на острове.

— Как ты думаешь, когда твоя душа к тебе вернулась полностью? — спросила Лера Иванку, когда Карл отправился в буфет за пивом для мужчин и мороженым для дам.

— Тот день…

Друзья поняли, о чем идет речь.

…Тогда, после концерта в монастырской больнице, увидев Иванку, Лера с радостными возгласами бросилась к ней, сжав ее в объятиях. Но по щекам Иванки только текли слезы, она смотрела на Валерию, не узнавая, и не отвечала ей.

Служители же монастырской больницы очень обрадовались, когда потерявшую память и душу женщину, наконец, нашли ее друзья.

Старший иерей, отвечавший за больницу, посоветовал друзьям остаться здесь еще на один день.

В этот день у стен монастыря должна была пройти отчитка, или, по-гречески, «экзорцизм». То есть, процедура исцеления душевнобольных, одержимых, и просто изгнание бесов и дьявола.

— Это очень помогает больным, — искренне уговаривала их и служительница, опекавшая Иванку. — Ваш случай — не такой уж безнадежный.

Друзья последовали этому совету.

Утром после торжественного богослужения в церкви на большой монастырский двор хлынула толпа людей, специально приехавших сюда ради этого обряда. Вдоль дороги, по которой шла процессия священнослужителей, выстроились люди, желавшие получить благословение. В первых рядах стояли больные. Там же находилась и Иванка, ее спутник, и сопровождавшая их служительница.

Под торжественный звон колоколов появилась красочная процессия со множеством крестов, хоругвей, разных сияющих украшений, в конце процессии шел мужской хор, распевающий гимны. Наконец, показались четыре священника, одетые в одежды с золотым шитьем, они несли сверкающий священный сундук. Судя по всему, там находились какие-то священные реликвии. Епископ нес золотую митру и молился за душевнобольных.

Следом за процессией шли монахини, все в черном, с маленькими крестиками на лбу, а в середине процессии шла группа музыкантов.

Валерия, Валентин, Гуруджи и Кирилл были позади всех, им не было видно Иванки, стоявшей в первых рядах.

Вскоре процессия, дойдя до ворот монастыря, повернула назад. Музыканты играли марш, а процессия неторопливо продвигалась по пыльной дороге вдоль рядов больных. Некоторые из них катались пор земле, кричали, их едва удерживали родственники.

— Это он читает специальную молитву — экзорцизм, — кивая на епископа, пояснила Лере стоявшая рядом женщина в черном одеянии, судя по всему, не монахиня, а жительница острова, пришедшая на богослужение.

— Это какая-то особая молитва? — спросил Валентин.

— Да, уж не простая, это точно. Ее когда-то сочинил святой Крисостомосос. Три года назад моему брату этот обряд очень помог. Я с тех пор приезжаю сюда на эти богослужения, чтобы поблагодарить.

— И что, у вашего родственника выгнали демона? И он не вернулся назад в него? А откуда вы знаете? — не удержался, полюбопытствовал Гуруджи.

— Считается, что демона не выгоняют, а просто заставляют слушаться, вести себя прилично. «Экзосия» — значит, «клятва» или «присяга», пояснила женщина.