— Ну что вы, это же так интересно! Эти амулеты… — Иванка протянула руку к висящим на стене глиняным, деревянным разрисованным, расписанным амулетам разных стран и времен, — вы собирали, наверно, не один год? А вот этот амулет, — она показала на глиняный круг с оттиснутыми на нем иероглифами и рисунками, — он не с Крита?

— Нет, этот амулет из Малой Азии… Но вы правы. Действительно, он напоминает…

— Вот этот? — Иванка ловко извлекла из сумочки круглый глиняный диск, который несколько дней назад подарил ей Артур. Эта копия Фестского диска выглядела тут, среди прочих амулетов, как нельзя «ко двору».

— Опять? — искренне изумился Георгий Антонович.

— Что значит, «опять»? — Иванка была удивлена его реакцией. — Мне просто показалось, что он очень похож на вот эти диски, — Иванка показала на стену, увешанную круглыми амулетами.

— Простите, это я не о вас, — ответил старик. — Просто мне уже довелось …совсем недавно видеть такую же копию …

Иванка, наморщив лоб, внимательно разглядывала свой диск.

— Простите, а кто вам его показывал недавно? Это был… мужчина, высокий, худощавый?

Старый искусствовед только покачал головой. Понятно, что Георгий Антонович, часто давая весьма конфиденциальные консультации своим клиентам, по вполне понятным причинам не любил делиться с посторонними этой информацией. Вот и сейчас он лишь молча воздел глаза к небу.

Валентин слушал их диалог сквозь полуприкрытые веки, чувствуя, что в его сознании сейчас проносятся какие-то фрагменты образов, соединив которые в единое целое, он, наконец, поймет те подводные пружины, которые движут всеми этими событиями. И вместе с тем чувствовал, что Иванка тоже подбирается к этому — но с другого конца. Георгий Антонович зажег еще пару ароматических палочек. Валентину оставалось только гадать об их воздействии. Он невольно взглянул на Леру, — та что-то быстро писала у себя в блокноте, и казалась вполне спокойной. В конце концов, это старый знакомый ее семьи, и она не стала бы утаивать от друзей какие-то темные стороны его натуры.

— Да-да, этот остров, о котором я говорил, — продолжал старик. — В древности был именно тем местом, где собирались колдуны, маги, шаманы, совершая там свои магические обряды. Конечно, они использовали в этих обрядах какие-то приспособления. Вот и эта печатка, этот известный всем Фестский диск. Уже скоро столетие с момента его нахождения ученые всего мира спорят, что же это такое?

— Вот, смотрите, — Георгий Антонович между тем указал Иванке на один из иероглифов на ее копии Фестского диска. — Видите этот значок — изображение человека с поднятой рукой? А теперь, — из стопки книг, лежавших перед ним, он взял солидный том, — читаем, что написано на глиняных табличках Ашшурбанипала: “Мой бог — Ашшур…во время злого затмения… я взмолился тебе! Прими мою поднятую руку!” Так писали и говорили ассирийские жрецы. Они, так же, как и маги других, соседних народов обращались к божеству, предлагая ему свою руку. И еще. На Фестском диске мы видим головы двух типов, — одни бритые, а другие — с волосами, торчащими “ирокезом”. Так древние изображали жрецов высшего и низшего уровня. А вот эти изображения: рыба, птица, голова барана и копыто коровы — это все неизменные атрибуты магических обрядов… Шкура животного. Это было для магов тем одеянием, в котором и надо было проводить магические обряды. Сегодняшние ученые, к сожалению, не понимают, что не зная магических традиций древности, имевшие тогда огромное значение, — невозможно расшифровать старинные надписи!

— Ну, я думаю, насчет картины нашего пропавшего художника, мы договоримся, — быстро перебила его Иванка, чтобы не дать старому магу опомниться. — Так вы утверждаете, что диск, такой как этот, мог быть именно атрибутом магии?

— Не исключаю. Об этом говорят и другие знаки на нем, явно связанные с магией. Возможно, это была печатка, удостоверяющая высшее посвящение. Или это был ключ…

— Ключ — к чему, — подхватил разговор уже начавший приходить в себя Валентин.

— Например, к какой-то двери во дворец царя, или храма, или тайного святилища.

— Или каких-то дворцов на Крите, где этот диск был найден?

— Не думаю. Таких письмен и печаток на Крите больше не находили. Скорее всего, диск попал сюда каким-то нестандартным образом.

— С нашего острова? Кстати, как его название?

— Василикос… — Георгий Антонович вопросительно посмотрел на Иванку.

Она в ответ улыбнулась ему.

Через минуту друзья уже прощались со старым магом.

— Большое спасибо за ваш прекрасный вечерний бальзам. Это — самое замечательное после нашей весьма содержательной беседы о древностях. Мы все вам очень благодарны.

— Да, а картину, о которой вы говорили, я привезу вам сегодня же, — добавила Иванка вполголоса.

— Буду премного вам благодарен, — Георгий Антонович церемонно поклонился.

Они вышли на улицу, вдохнув вечерний свежий после недавнего дождика воздух. На улице уже зажигались вечерние фонари.

— Вот это да, — изумился Валентин, — ничего себе, засиделись! Лера, этот ваш знакомый заставил нас потерять ощущение времени, вот только интересно, благодаря чему, — благодаря своему снадобью, или благодаря своим разговорам?

— Да, он очень интересный! Но, скажу, честно, я его почти не помню. Мои родители и друзья нашей семьи когда-то были хорошо с ним знакомы, и были в восторге от него.

Они все уселись в машину Леры.

— А ты молодец, Иванка, — с восхищением сказала Валерия. — У тебя это здорово получилось!

Иванка скромно потупилась.

— Она из кого хочешь достанет информацию, ты разве сомневалась? Это же настоящий инквизитор, — сказал Валентин.

— Да я не о том, — Лера достала свой блокнот, — дело в том, что Иванка во время беседы пальцами отбивала музыкальный ритм. Меня он заинтересовал, и вот у меня родилась весьма интересная музыкальная тема с этим ритмом.