Зато в крепости за эти дни прибавилось народу. Вернулись воины, прежде служившие конунгу Ольвдану. Пришли люди из местных селений. Приплыли на лодке несколько человек, ходившие в прошлом году на его драккаре.

У него набралось полных одиннадцать хирдов. И ещё оставались те, то зимовал в Вёллинхеле. За ними Харальд собирался зайти по пути к Категату – проливу, после которого начиналось море, разделявшее шведские и германские края.

А еще в Йорингард явился Убби. Не такой довольный, каким был когда-то, перед свадьбой с Рагнхильд – но и не такой обозленный, каким стал после её смерти. Уже не прячущий под внешним спокойствием горькую, глухую неависть.

Оставалось лишь дождаться Турле с Огером, отпраздновать свадьбу и попытаться понять, чего ждать от Гунира.

Занятый рaздумьями, аральд зашагал к берегу – и вдруг увидел, как над скалами с одой стороны лениво поднялась нитка дыма.

Забава шила.

Больше ей заняться было нечем. По службам ходить Харальд запретил, приказы стражникам отдал самые строгие…

В дверь вдруг стукнули,и она торопливо вскинула голову. Из-за створки выкрикнули:

– Драккар из Сивербё идет по фьорду, дротнинг! Конунг Харальд хочет, чтобы ты вместе с ним встретила ярла Турле и ярла Огера!

Забава вскочила. Две рабыни,теперь неотлучно бывшие при ней,тоже встали с сундуков.

Может, обвешаться золотом, мелькнуло у неё. Чтобы показать родичам Харальда – она больше не рабыня, которую они пытались лишить свободы…

Но тут же ей стало смешнo – и Забава, улыбнувшись, тряхнулась головой.

Не на пир собралась. А родичи аральда и так знают, кто она, да кем была. Как не вырядись, они этого никогда не забудут.

И Забава, накинув плащ, вылетела за дверь.

Харальд стоял на берегу в одной рубахе. Ветер, налетавший со стороны моря,трепал плащ, который он, небрежно скрутив, накинул на одно плечо.

Забава прошлась между воинами, которые уже собрались у воды. Встала рядом с мужем.

И, не удержавшись, улыбнулась. орошо было стоять вот так, подставив лицо ветру, рядом с Харальдом…

Даже прибытие его родичей не пугало её нынче. И не беспокоило. Воздух пряно пах солью, два драккара черными лебедями шли по синей глади фьорда. Мерно взлетали и опадали весла – корабли спешили к берегу.

Харальд, не глядя на неё, вдруг сказал:

– Радуешься прибытию моих родичей, дротнинг?

– День хороший, – почти честно сказала Забава. – Морем пахнет – вкусно…

– Скоро в поход, - бросил Харальд.
– Моря будет много. Только сначала свадьбу сыграем.

– Свадебному элю ещё дня три стоять, – заикнулась Забава.

– Мне этого срока хватит, - как-то непонятно отозвался Харальд.
– Пусть стoит.

Он замолчал. А Забава, хоть и хотелось спросить, о чем говорит муж – но прикусила язык. Не на людях же? Ясно, что Харальд что-то затеял.

Потом она вспомнила о Гунире, о дочках его. Заозиралась…

Заезжий конунг стоял чуть в стороне, шагах в десяти по левую руку. За ним, еще в нескольких шагах выше по берегу, яркими пятнами виднелись в толпе плащи его дочерей.

Сзади притопал Свальд, встал рядом с Харальдом. Спросил что-то, приглушив голос…

И Забава прислушалась. Раз при всех разговаривает, значит, не тайное.

Свальд явился на берег чуть ли не позже всеx. И первым делом, встав рядом с Харальдом, буркнул:

– Женюсь.

– Я помню, – уронил Харальд.

– Я не о Брегге, - раздраженно сказал Свальд.
– отя на ней я тоже женюсь. Сам ездил, сам сватал, да к тому же дочь конунга. И красавица. Тут уже поздно правило перекладывать… нет, я женюсь на Ниде. Тебя предупреждаю, чтобы знал. Ты же вродe как под защиту её взял.

И аральд ощутил, как губы сами разошлись в ухмылке.

– Хорошо живешь, Свальд – то ни одной жены,то сразу две собрался брать. Только я из-за твоих свадеб тут сидеть не буду. Возьмешь Бреггу в жены, как того ждет Гунир – и уйдем к Категату.

Не будь у меня нужды в шведском конунге, подумал вдруг Харальд, Свальд не женился бы на Брегге. Теперь стoило лишь немного поднажать. Сказать, что Ниду уже попросили в ены – у него, как у человека, под защитой которого она живет. И девка, когда он её спросил, oтветила, что пойдет за любoго, кто за верность заплатит верностью. Только это не про Свальда...

А от себя oн бы добавил, что верные люди нужны всем. И везде. собенно в Вёллинхеле. Что одно дело получить крепость – и совсем другое её удержать. Судьба многих конунгов тому подтверждение.