– Достойное родство, - тут же отозвался старик.

И цепко посмотрел на Харальда. Поджал истончившиеся губы…

– Если у Свальда такая жена, то чем я хуже?
– совсем уж тихо уронил Харальд.

Одно мгновенье Турле сидел молча, потом выдохнул:

– Я понял. А почему…

Он oсекся, взглядом указал на Сванхильд, застывшую в нескольких шагах от муа. Глядевшую изумленно и неверяще…

И Харальд едва заметно улыбнулся. Пробормотал, глядя на девчонку:

– Пусть слышит, чтобы не тревожилась потом. Тебя это не коснется, Сванхильд. Ты меня поняла?

Она качнула головой. Прошептала:

– Нет. Но я верю.

Харальд перевел взгляд на деда, вполголоса бросил:

– Только помни – я тебе ничего не говорил.

И уже погромче добавил :

– А насчет того, простил ли я тебя… скоро на меня начнут охотиться. И хочу я или нет – но мои враги вспомнят о моих родичах. Сивербё не слишком далеко от Йорингарда.

– Смерть в бою – достойная смерть, – хрипло проговорил Турле. – Я к ней давно готов.

– В бою – да, - cогласился аральд. – Но если тебя возьмут живым? И убивать будут медленно?

– Чтобы досадить тебе? – Старик выдавил усталый, глухой смешок.
– Мы с тобой оба знаем, что здесь они просчитаются. К тому же я так стар, что вряд ли продержусь долго.

– И все же Свальд будет оплакивать твою смерть, – бросил Хаpальд. – Так что вы пойдете в поход вместе с нами. И ты,и Огер.

Ярл Турле пару мгновений смотрел на него. Пробормотал:

– Если бы я знал, кто твой отец…

– Прошлой осенью ты это знал, – спокойно отозвался Харальд.
– Помогло?

Старик поплотней завернулся в меха.

– Тебе не понять… я видел тебя в битве. Ты не человек. И только поэтому, несмотря на все беды,ты до сих пор жив. А у меня, кроме гера, было еще три сына – которых ты даже не видел, потому что не застал в живых. Один погиб в походе, другой умер, помаявшись животом. Третий уплыл на запад. Вестей от него нет уже больше тридцати лет, значит, его поглотило море. Два старших сына Огера тоже успели погибнуть. Из всех сыновей Сивербё остался только Свальд… да еще ты. Я хотел, чтобы Йорингард достался Свальду – потому что прошлой осенью, после драугаров, уже не надеялся, что ты вернешься.

– Тогда радуйся, старик, – равнодушно бросил Харальд. – Я собираюсь отдать Свальду Вёллинхел. Если о, конечно, будет верен мне. И если ты снова не совершишь какую-нибудь глупость.

– Я сделаю все как надо, – хрипло сказал Турле.
– о твоих словах не узнает даже Огер… ты ведь этого хотел?

Харальд молча кивнул. В дверь стукнули, Сванхильд побежала открывать.

– Ходит все ещё легко, - буркнул Турле.
– Кoгда ждешь щенка?

– В конце лета, – отозвался Харальд.

И, дождавшись, пока Сванхильд, приняв от рабыни поднос с едой и элем, поставит его на постель, распорядился:

– Иди к себе, жена.

Девчока стрельнула быстрым взглядом на него, на деда – и молча кивнула. Вышла…

– Увидимся вечером, за столом, - уронил Харальд. – Помни, что было сказано.

– У меня память хорошая, – проворчал Турле.

А потом, крякнув, развернулся на постели. бхватил узловатыми ладонями пузатый кувшин с элем, от которого шел пар. Замер так на мгновенье, прежде чем налить питье в чашу.

У старика ноют кости, подумал Харальд, уже разворачиваясь к двери. Надо сказать Кейлеву, чтобы рабыню для него подобрал не из молодых и красивых – а из тех, что постарше и поопытней. Чтобы баба сумела растереть Турле спину и колени, не потревожив лишней болью.

Он вышел из опочивальни – и в проходе, перед печкой, бок которой выходил в опочивальню Турле, увидел одну из баб, приставленных к Сванхильд. Рабыня, сидя на корточках,торопливо подбрасывaла поленья в топку.

Похоже, жена не пропустила мимо ушей слова Турле о том, что огонь для него горит все слабей, мелькнуло у Харальда.

Свальд, отведя отца в женский дом, рассказал тому историю о колдуне, которого они одолели в начале зимы. Выложил байку, что сочинил сам, ту самую, в которой ни разу не упоминались имена богов.

И хоть отец наверняка успел узнать эту историю от Сигурда, приплывшего в Сивербё на драккаре – но слушал cына внимательно, с молчаливым одобрением на лице…

У Свальда под конец даже мелькнуло – может, сообщить, что он скоро станет хозяином Вёллинхела? Но тут же Свальд решил, что придержанные вести о своей крепости пригодятся потом. Когда отец разъяриться, узнав, кого сын собрался брать второй женой.