– А ты - джентльмен, Дэнни, сынок, - говорит она, и я замечаю, что ее зубной протез пересох.

– Люблю наших братьев меньших, эти четвероногие - красивые существа, хотя и от двуногих иногда поступает помощь, да?

– Ты прав, сынок. Видишь, в чем плюс животных: они никогда не скажут нам, что их что-то не устраивает. Думаю, чем старше я становлюсь, тем лучше понимаю, что животные мне нравятся больше, чем люди.

Такова истина старой кошатниц.

– Начинаю с вами соглашаться, миссис, они не начинают войн, типа Фолклендской.

Я уже собираюсь уйти, как вдруг встречаю эту девушку из Лос-Анджелеса, Элисон Лозински; на ней берет и белая джинсовая куртка, выглядит она, как настоящий маленький сексуальный котенок.

– Привет, Эли.

– Пусть, Дэнни, что ты здесь делаешь?

– Да так, брожу по улицам Лейта, так сказать, просто заглянул к кошатнице. А ты как?

– Встречаюсь с Келли и остальным в Перси, - отвечает она и покупает у миссис несколько таблеток.
– Можно их завернуть?

– Как твоя мама?
– спрашиваю я ее, слышал эту историю от Марка и Саймона.

– Ничего уже нельзя сделать, это - вопрос времени, - В голосе Эли слышно сопение. Я глажу ее рукой по спине, а она улыбается в ответ и берет меня за руку.- А ты - милый, - говорит она, потом собирает всю волю в кулак.
– Мы с девушками идем в паб немного выпить. Сегодня - день рождения Салли.

Зайдешь на пиво?

Салли. Так зовут Кудряшку Сью. Так, несколько проблемно для Мерфи. Не то, чтобы мы с Кудряшкой встречались, но не каждый день получаешь приглашение от этого девичьего парламента, парень, поэтому нельзя отказаться, да? Поэтому я прячу «Вечерние новости» во внутренний карман куртки, и пока мы идем по Пьюк-стрит, я рассказываю ей о Марке, который сейчас в Абердине, на что она говорит:

– Никогда не думала, что он будет учиться в универе. Конечно, он всегда притворялся интеллектуалом, но я удивилась, когда узнала, что он поступил.

Каким же дерьмом он был в школе.

Я на мгновение задумываюсь над ее словами и отвечаю:

– Мы все были дерьмом в школе.

– Говори за себя, я была хорошей девочкой.

– С девушками все по-другому. Я о ребятах сейчас, типа, - объясняю я.

Я глаз не могу отвести от хорошенького свитера Эли. Господи, надо запретить телкам так одеваться! Это же грех в чистом виде.

Эли смеется, прикрывая рот ладонью. У нее такие крутые шнурованные рукавички, но видно, что это - дань моде, потому что вряд ли они могут согреть кого-нибудь.

– Дэнни, ты никогда не задерживался в школе надолго, так что не успевал показать, хороший ты или плохой. Тебя же дважды выгоняли!

– Ага, - соглашаюсь я, когда мы проходим Лейт, мою альма-матер, наряду с Огги и Крейг, - но, видимо, школа - это не лучшее место для обучения, точнее, не всем оно подходит. То есть там скорее учат играть, а вот учат по-настоящему только грязные улицы старого порта!

Так я пытался флиртовать с ней, но мои попытки бились о нее, как пули - о грудь Супермена. Предположим, что у этой кошечки просто другие заботы в голове. Но могла бы и отвлечься ненадолго. А вообще, говорили, что у нее есть парень, какой-то взрослый счастливчик с ее работы. Кто ее знает?

Мы добираемся до Перси и видим целую толпу девушек: Келли, Кудряшка, Клэр Маквиртер, Лорен Макаллистер и сексуальная Лиззи Макинтош, Супердевушка со старших классов, Эстер Макларен и - Господи - Никола Генлон (любимейший сексуальный котенок в мире, и я не шучу, честно). Были и другие, но я я не знаю, но понимаю, что все самые горячие девушки Эдинбурга собрались здесь сегодня.

У Кудряшки кислый вид, когда она видит меня, потому что это я дал ей такое погоняло несколько лет назад. Никогда не видел разницы между этим прозвищем и Топ-кошечкой, Медведем Йоги и Псом Гекльберри, но мне всегда были интересны все эти публичные страдания. Кучеряшке оно очень не нравилось, она даже пыталась в отместку называть меня «нечесаным Мерфи». А я всегда знал, что был неопрятным в школе, к тому же скучно было все время называться Чезом Мерфи.

Здесь бушевали такие милые флюиды, я думаю: на хуй ребят со всеми их разговорами о футболе и музыке, вечными драками, заказом пива на всех. К тому же здесь тебя не столкнут со стула, здесь ты, типа, сидишь в окружении красоты и просто наслаждаешься- Что скажешь, Дэнни?

Думаю, ты рулишь, крошка.

– Ну, Никки, не думаю, что ты ошиблась с «Гуччи». В Эдинбурге на каждом углу есть такой специальный мясной супермаркет.

– Ты хочешь мяса?
– лукаво спрашивает она, хорошенькая была лисичка, и этим разбивает мне сердце, потому что будь на моем месте Кайфолом, Томми или даже Рентон или Бэгби, они бы точно не растерялись и сказали ей что-то типа «не хочешь пойти со мной, крошка?».

Но я совсем не такой, я не могу вымолвить такие слова, поэтому просто улыбаюсь ей, рассуждая о несправедливости этого мира, через которую красота этих девушек тратится впустую на тех, кому это не нужно, кто видит в этой красотке исключительно подстилку на одну ночь. Мне хочется пригласить ее куда-то перекусить, в новый «Чинко», который открылся недавно в Элм-Роу, но богачом меня не назовешь, такие девушки никогда не пойдут на свидание со обычным безработным парнем. Держу пари, что с тем грязным счастливчиком, с которым встречается Эли, совсем не так; кажется, я слышал, как она рассказывала о нем Кудряшке, так стыдливо, по-девчачьи, чуть ли не с восхищением. Это нечестно, парень, совсем нечестно.