— Не всегда всё измеряется выгодой, молодой человек. Мы прожили долгую жизнь, где-то правильно, где-то нет. И мирские дела давно нам наскучили. Тогда-то мы и принялись играть. Друг с другом, с людьми, с небесами. С судьбой. Кое в чём ты прав, пока что для нас нет никакой пользы в этом союзе, кроме крох информации. Но, быть может, совсем скоро эта встреча приведёт к интересному повороту в игре Королей. Ты ещё многого не знаешь. Уверен, некоторая правда заставит тебя взглянуть на свою жизнь иначе.

Он махнул рукой и, открыв портал, шагнул в него. Следом, поднявшись, отправился Синий Король, перед уходом задорно подмигнув. У меня закралась мысль, что Заред подло притворялся всё это время, изображая недомогание. Уж слишком бодро он нырнул в портал. Гадёныш.

— Интересная встреча, — пробормотала Эллен, подойдя и прижавшись ко мне сзади. Я почувствовал, как её слегка трясёт — то ли от голода, то ли от слабости.

— Обсудим позже, — развернувшись, я подхватил её на руки. — Идём домой.

Мы выбрались из подвала двухэтажного особнячка в одном из самых спокойных районов города. И, что меня позабавило, на улице нас уже ждал автомобиль. Всё с тем же водителем. Только на переднем сиденье теперь был и Лисицын.

Я бережно усадил совсем разомлевшую Эллен, устроился рядом.

— Как она? — тихо осведомился полковник.

— Могло быть и лучше.

Я вкратце рассказал о случившемся, сначала в номере, затем в подвале. Александр Сергеевич слушал внимательно, сдвинув брови, затем кивнул. Узнав о смерти Орлова, он покачал головой.

— Невовремя это всё. Сергей — идиот. Если так горело, почему сразу не напал на базу? Он ведь наверняка быстро выяснил, кто настоящий убийца. Ждал две недели, пока все расслабятся немного, и тогда ударил. Но сам себя подвёл под монастырь. Убей он вас обоих в том подвале, я бы через два часа после этого сравнял его дом с землёй, а самого Орлова на шест напротив управления посадил. Чтоб другим неповадно.

— И вас после этого оставили бы на службе? — чуть насмешливо спросил я. Он поджал губы.

— Не знаю. Но нельзя оставлять безнаказанной смерть сослуживцев. Мы — семья. Одно целое. И любой, кто посмеет поднять руку на члена семьи, лишится не только руки, но и жизни.

— Звучит, как кодекс мафии, — хмыкнул я. — Но мне это по душе. Если честно, там, в подвале, всё получилось спонтанно. Я разозлился, и только так смог вырвать свободу для нас обоих. Боюсь, теперь находиться в общественных местах без охраны для Эллен крайне опасно. Кто знает, что учудит семейка Орловых? Или другие его родственники, я слышал, их много.

Лисицын мрачно кивнул.

— Ты прав, Юра. С Орловыми надо решить вопрос, раз и навсегда. С его женой я поговорю лично, ну а многочисленных родственников мы припугнём. Это ведь шакалы, ты убил их вожака, а баз него они пикнуть не посмеют. По крайней мере, до тех пор, пока не изберут нового.

Я вздохнул и откинулся на спинку сиденья. Усталость навалилась с новой силой. Пальцы рук мелко подрагивали, желудок сводило от голода, но разум, на удивление, был кристально чистым.

Я понял, что не жалею о том, что сделал.

— Между прочим, — вспомнил вдруг полковник. — У меня есть для тебя кое-какой сюрприз…

На базе Лисицын вызвался лично проводить Эллен. Я сопротивлялся, но полковник зло зыркнул и приказал отправиться в кубрик и отдохнуть. Пришлось послушаться.

Но в кубрик я не пошёл. На часах было пять утра, смысла ложиться никакого, да и сна ни в одном глазу. Это Эллен теперь проспит долго — удивительно, что после подъёма в качестве тени она продержалась столько времени, не свалившись.

Я заглянул в медпункт. Агата уже не спала, сидела за столом, перебирала бумажки. Услышав шелест шлюза, подняла голову, изумлённо округлила глаза.

— Юра? Что случилось?

Я шагнул в комнату, мельком глянул на себя в зеркало. Видок, конечно, тот ещё: незнамо как оказавшиеся на мне рубашка и брюки обгорелые, волосы в саже и пыли, лицо в крови. И взгляд. Такой бывает лишь у обречённого на смерть зверя.

Девушка вскочила, силой усадила меня в кресло, поставила капельницу. Чувствуя, как витамины по трубке попадают в кровь, я усмехнулся.

— Спасибо, — искренне поблагодарил доктора. Та смутилась, подсела рядышком, взяла за руку.