— Эмма! Ох, какая же ты…

— Да, могу быть коварной! — запальчиво выкрикнула она, и сразу же притянув к себе, прошептала в ухо:

— У нас всё получится! Мы будем рядом и вместе со всем разберёмся!

Ратмир с Эммой проговорили до глубокой ночи. Ещё раз обсудили, что происходит в пограничных городках и как это затрагивает ближайшие стаи. В итоге пришли к выводу, что им нужны свои агитаторы.

— Нельзя упускать возможность подавать информацию с правильными акцентами. Ты поступаешь жёстко с теми оборотнями, что пролили кровь, а у людей другая система правосудия, и это может вызвать негативную реакцию у твоего народа. Я не сомневаюсь в том, что и в королевстве суд над провокаторами и разбойниками состоится, но это произойдёт не так быстро, как это делаешь ты, и вашим этих задержек не понять. Необходимо объяснять происходящее и озвучивать возможные варианты развития событий, если оборотни поддадутся на посулы о своей избранности и величии. Впрочем, мы об этом уже говорили.

— Эмма, я всё это понимаю, но где взять толковых ребят?!

— Почему ребят? В этом деле хороши будут старые оборотни. Им ходить из стаи в стаю, разговаривать с вожаками, бетами, народом…

— Хм, пожалуй. Возрастному оборотню легче получить разрешение альфы на пересечение границы внутри стай. За самок страха нет, как и за свою власть.

— У меня такое чувство, что граница с людьми для вас имеет меньшее значение, чем внутренний раздел территории!

— Так и есть. Люди далеко, а собственные конкуренты на самок и власть — близко.

— Ладно, оставим это, — Эмма смешно замахала руками, показывая, чтобы Ратмир не сбивал её с важных мыслей. — Предлагаю молодых да резвых пустить по следу подкупающего всякую шушеру мага.

— Нет, молодняк слишком самонадеян. Об этом не волнуйся, мага уже ищут и за Палехом также установили слежку.

— Палех? Причём тут он?

— Притом, что он мне не нравится!

— Но, Ратмир, он не производит впечатление… — Эмма немного замялась, подбирая верное слово, — … самостоятельного человека.

— Он продолжает находиться в Пограничье, хотя формально у него нет здесь никаких дел, — несколько жёстче, чем хотелось бы, произнёс Ратмир и получил в ответ приподнятую бровь и удивлённый взгляд.

— Лорд Палех — марионетка леди Ольхи, — медленно протянула Эмма, — не думаешь же ты, что все эти волнения задумала она? Она слишком молода и…

— Она едва ли младше меня, а ты, кажется, считала это приличным возрастом!

Эмма молча поглаживала руку Ратмира и размышляла о герцогине. Напрасно она сбросила светлейшую со счетов! Эта «юная» дива, оказавшая совсем не юной, быстро провернула её отбытие из замка, но не остановилась на этом, а продолжила преследование.

Ладно, выгнать из замка свою соперницу — не такой уж грех; но уничтожать — это уже совсем другое! Герцогиня показала себя не только крайне мстительной и злопамятной особой, но ещё и деятельной на поприще воздаяния за свои обиды!

А ведь светлейшая подмяла под себя Палеха, чему тот явно не рад. Сопротивлялся ли он? Похоже, его умений и влияния в обществе не хватило противостоять ей, и он выбрал сотрудничество, которым тяготится. Сложно сказать, характеризует это ум или коварство леди Ольхи, но не учитывать её способностей нельзя.

Добавим ко всему, что герцогиня вращается в высших эшелонах власти разных государств, и в её силах сделать многое, даже не строя каких-либо сложных интриг. Она могла показать пальчиком на появившуюся из ниоткуда недомагичку — и Эмму стёрли бы с лица королевства! Но нет, Ольха озаботилась раздражающей её мошкой сама.

Понятно, что неудача с нею могла разозлить светлейшую и распалить. Уже ясно, что такие люди, как её светлость, не терпят сопротивления и будут идти до конца. Ускользнувшая из-под карающей длани Эмма должна быть наказана и девушке стоит быть осторожней, но устроить массовую диверсию на границе ради мести?

— Ратмир, что было между тобою и герцогиней?

— Эмма… не думаю, что…

— Неважно, — тут же отмахнулась она и, посмотрев на него в упор, спросила:

— Ей есть за что тебя ненавидеть? Ты ведь оставил её из-за меня и довольно некрасиво дал ей понять об этом!

— Я никогда ей ничего не обещал, — рассердился Ратмир. Знала бы Эмма, как он презирал и ищущих его внимания озабоченных дам, и себя за связь с ними! Зачем она докапывается?

— Понятно, — чуть ли не торжествующе воскликнула Эмма. — Обиженная женщина!

— Ольха мстительна, как и все дамы при дворе, — подтвердил Ратмир. — Это их образ жизни. Стоит дать слабину — и подруги спихнут с пьедестала, чтобы безжалостно растоптать.

— Так ты думаешь, что раздор между оборотнями и людьми — её рук дело? Она не может достать тебя напрямую и мстит, втаптывая в грязь весь твой народ, за который ты несёшь ответственность?

Ратмир долго не отвечал, но было бы слабостью игнорировать очевидное:

— Да, это она всё устроила. У неё есть средства, полно зависимых от неё магов, разного ранга служащих; даже, как мы уже убедились, есть лорды на побегушках. На её стороне короли, канцлеры разных королевств, она очень влиятельная и богатая леди.