— Да брось, Ратмир, ну где тут можно что-то продать, да и жаль отдавать за бесценок. Там же, наверное, древности ещё со времён, когда твои предки были властителями?

— Да. Кое-что удалось сохранить в смутные времена.

— Ну, раз в смутные времена сохранили, то нечего сейчас их трогать.

— Деньги всё равно нужны.

— А что с деньгами тех купцов, которых ограбили?

Ратмир поперхнулся и, открыв рот, тут же захлопнул его.

— Похоже, ты не знаешь, — констатировала Эмма. — Мы с тобой как-то обсуждали, сколько людей задействовано у меня на родине в поиске преступников и работе дознавателей. Или помнишь, как я рассказывала, как действует судья Ди? Он каждый раз проводил следствие, докапываясь до всех мелочей.

— Эмма, мне это не нужно, я не ошибаюсь…

— Да-да, я поняла и не выражаю сомнений в твоих способностях, но всё взяв только на себя, ты многое упускаешь. У тебя нет времени и желания разобраться в мотивах, узнать, есть ли другие причастные или сочувствующие, кто подтолкнул к действию и что ещё было подозрительного. Да мало ли что при разборе дела может всплыть?! Подумай о том, что есть смысл, чтобы преступления разбирали другие оборотни, искали бы виновных, а ты уже выносил бы свой приговор. Иначе получается, что из полной сети виноватых в разной степени рыбёшек, ты хватаешь самую крупную хищницу и демонстративно её караешь, а вся остальная мелочь остаётся портить жизнь другим, быть может, сбивает кого-то с пути, и всё это происходит потому, что ты один.

— Эмма, для мелких рыбёшек, как ты говоришь, есть альфы, а я вмешиваюсь только тогда, когда ситуация становится критической. Таковы наши устои, и они не один век позволяли жить нам всем в мире.

— Ладно, извини, но насчёт отнятых разбойниками денег подумай. Их надо найти. Они пригодились бы для постройки пограничных крепостей или для помощи тем, кто поедет в другие королевства.

— Не уверен, могу ли я позволить себе распоряжаться этими деньгами.

— Мне искренне жаль тех купцов, что погибли, но следующими жертвами будут городские оборотни, которым придётся искать себе новый дом, и им необходима будет поддержка. У людей есть свой король, пусть он позаботится о восстановлении справедливости и поддержит семьи пострадавших. Казна леди Ольхи велика, и герцогине самой должно искупать то, что натворила.

Она отвернулась, чтобы Ратмир не видел её жёсткого выражения лица. Слишком со многими несправедливостями она столкнулась в этом мире и не только по отношению к себе.

— Эмма, не отворачивайся от меня, — нежно взяв за плечи, тихо попросил Ратмир. — Ты сама говорила, что нам надо общаться, чтобы лучше понимать друг друга. Я не настолько добр, как ты думаешь, и меня волнует лишь политический момент, но это уже по привычке.

— Политический?

— Мой народ во многом зависим от людей. Между нами налажена торговля, мы сотрудничаем с магами, нам никто не запрещает путешествовать по человеческим землям, хотя, как ты знаешь, это создаёт некоторые трудности для людей.

— Торговля выгодна всем, а маги сами портачат…

— Эмма, ты же понимаешь, маги всегда будут колдовать, и хорошо, если они продолжат подчищать за собою. Всё слишком непросто между нами, и для нас счастье, что мой народ считают грозной силой, но я-то знаю, что на самом деле все разрозненны и заняты собственными интересами. А что касается добытых нечестным путём денег, так это я глупость сказал. Привык осторожничать при дворе короля, чтобы не привлекать внимание к нашим землям.

— Ты прости меня, я что-то раскомандовалась. Мне иногда всё кажется таким очевидным, что я не понимаю, как окружающие этого не видят, а потом ты поясняешь мне тонкости, и я чувствую себя глупо.

— Зато ты сразу видишь происходящее в целом, чем очень помогаешь, а с мелочами я разберусь. Идём ужинать. Госпожа Лоу уже ушла, и нам с мальчиками без тебя не накрыть на стол.

— Так уж и не накрыть.

— Мы бы ели прямо со сковороды, а хочется домашнего уюта.

— Нет уж, хватит нам походных условий! Мы живём в доме, для нас всё приготовили, и несложно подать еду красиво!

Часто пропадая в своей лаборатории, Эмма видела, что к Ратмиру приходит и уходит много разных людей и оборотней. Он говорил, что ему приносят вести об обстановке в разных городах, и что он задействовал человеческих родственников из смешанных пар, живущих на земле оборотней.

В ответ на Эммины вопросы он неохотно бубнил, что обстановка накаляется, но пока градоначальники держат всё под контролем. Те свободные часы, что им удавалось провести вместе, влюблённый мужчина не желал тратить на дела, и если они разговаривали, то чаще на отвлечённые темы.

Небольшую помощь в денежных хлопотах принесла госпожа Лоу: Эммины средства по уходу отлично подошли правнучке домоправительницы, и теперь полученным эффектом заинтересовался лекарь. По рекомендации Лоу он приезжал к Эмме, и они договорились, что при лечении сложных пациентов доктор попробует совместить свои методы с её лекарствами. Через три дня он вернулся, чтобы согласовать цены и подробнее ознакомиться с возможностями жены судьи оборотней. Особенно его заинтересовали жаропонижающие и антибиотики. С этими лекарствами его работа стала намного эффективней.

Доход получался небольшой, но стабильный, и его можно было повысить за счёт увеличения объёма продаж. В этом случае Эмме требовались бы помощники для выполнения простых работ, но Ратмир просил подождать — не делать пока новых закупок сырья и никого не нанимать. Зато он легко решил Эммину проблему с возбуждающими таблетками из корня копеечника, отправив одного из оборотней в распутный дом. Количество таблеток было ограничено, и вскоре цена на них достигла небывалой высоты, многократно превысив стоимость услуг целителя: ведь не будешь же звать мага каждый раз, когда захочется вкусить любовных утех!