– Иногда дамы вызывали меня к себе, прикидываясь больными.

– Какое коварство… - я не могла прийти в себя от возмущения. – И… кто были эти дамы? Фьера Сморрет тоже пыталась соблазнить тебя?

– Не помню, - ответил он просто. – Я и так их не слишком различал, а когда встретил тебя, то все они стали для меня на одно лицо.

– Говорить красиво вы умеете, мастер Рейнар! – упрекнула я его. – Хотите, чтобы я поверила, что вы и в самом деле сделаны из камня?

Он смутился, и сердце моё болезненно сжалось.

– Не из камня, - признал он. – Но я наказываю тех, кто преступил закон, и как могу сам его нарушить?

– Но был близок, чтобы нарушить? – догадалась я.

– Пару раз – чуть не сорвался, один раз был влюблен, остальное время… колол дрова.

– Колол дрова? Зачем?

Он посмотрел на меня, и в глазах заплясали лукавые искорки:

– Самое лучшее лекарство от неутоленной страсти.

В этот момент я поверила ему полностью и безоговорочно, но было кое-что, задевшее меня сильнее, чем слова фьеры Амелии.

– Могу я спросить, в кого ты был влюблен? Однажды ты сказал, что тебя уже наказывали кнутом за то, что прикоснулся к благородной форкате…

– Виоль, - Рейнар притянул меня к себе и погладил по щеке, - всё это было до тебя. Давай оставим всё в прошлом? Когда ты появилась – никого не стало. Да и давно уже не стало. Потому что я понял, что всё это – лишь капризы избалованных богачек. И только ты – настоящая. Главное, чтобы ты мне верила. Как я верю тебе. Во всем. Всегда. И ещё…

– Что - ещё? – спросила я шепотом, завороженная его словами.

Он поманил меня поближе и прошептал на ухо:

– Ужин уже давно остыл.

– Надо его подогреть, - ответила я тоже шепотом и хотела встать, но Рейнар не пустил, прижав к себе.

– Не торопись, - его губы коснулись моего уха, моей щеки, - так уж получилось, что сейчас я испытываю голод кое по чему другому.

– По чему же? – я уже уступила, и он целовал меня в уголок губ, раззадоривая перед настоящими поцелуями.

– По твоей любви, - подсказал он. – И… не пойти ли нам в спальню?

Когда мы добрались до спальни, на мне из одежды оставались только чулки, а Рейнар торопливо скидывал нижние штаны.

– Как мне доказать, что я – только твой? – спросил он, начиная ласкать меня нежно, осторожно, но когда я в ответ погладила его по плечу, ласки стали жарче, откровеннее…

– Не надо ничего доказывать, - сказала я, уже улетая в волшебную страну любви, - я поверю тебе и так, без доказательств и клятв.

Огненная река снова подхватила меня и понесла на гребне волны, и я позволила себе позабыть обо всем сомнениях, обо всём, что терзало меня. Ведь и в самом деле – то, что было, было до меня. И глупо ревновать к тому, что было, прошло и никогда не вернется.

Упоительное слияние, единение – и я сначала шепотом, а потом со стоном произносила имя Рейнара, подстраиваясь под ритм его движений и желая достичь пика наслаждения как можно скорее. Ещё немного… ещё немного, и я сгорю в этом пламени до тла…

Я чувствовала, что Рейнар уже с трудом сдерживается, движения его убыстрились, дыхание сбилось, но в самый последний момент он оставил меня, уткнувшись мне в шею и содрогаясь всем телом.

Потом мы долго лежали, обнявшись, дожидаясь, пока наши сердца начнут биться ровно, успокоившись после любовной гонки.

– Знаешь, о чем я думаю, - произнесла я, поглаживая мужа по обнаженной спине, - кто-то очень завидует нашему счастью. Мне кажется, фьера Амелия – не последняя, от кого мне придется услышать о том, какой ты развратник. Но ты в самом деле не развратник, мастер Рейнар? – я с притворным гневом посмотрела ему в глаза, - вы уверяете меня в своём целомудрии, а сами творите в алькове такое… такое…

– Никаких подозрений, - заверил он меня и усмехнулся. – Просто… на досуге я много размышлял об этом.

– Когда колол дрова, - подсказала я.

– Именно, - он поцеловал меня и перевернулся на спину, вытянувшись на постели.

– И всё же… - я легла головой к нему на плечо, чертя пальцем на груди мужа буквы наших имен, - откуда фьера Амелия узнала про сервиз?

– Который подарила фьера Монжеро?

– Да, который с ирисами…

Рейнар помолчал и ответил:

– Спроси у своей тёти. Я уверен, что фьера Амелия либо видела, как его покупали, либо фьера Монжеро сама похвасталась покупкой и сказала, что приготовила сервиз тебе в подарок.