Но в моей комнате нет кресла-качалки, и никогда не было. Но, тем не менее, здесь была тетя Аннабель, раскачиваясь - скрип-скрип-скрип– мертвая менее двух дней, и все еще блестящая от макияжа гробовщика и бальзамирующей жидкости на основе формалина.

Я чувствовал ее запах.

– Тетя Аннабель?
– спросил я, приподнимаясь в постели.

– Да, это я, - сказала она.

– Но ты же...

– Я знаю.

С жуткой быстротой она встала и, да, указала на меня...

– Ты помнишь Брэда?
– спросила она и ушла.

[- брэд -]

Дaги и Tолстяк неуклюже топали домой из начальной школы Соммерсета по Шетланд-Лейн. Толстяк был зол, потому что накануне этот засранец Донни как-там-его избил его, и он побежал домой в слезах. Слава Богу, тогда он был один. Никто не видел, как он плакал.

Далеко впереди они заметили особую, неуверенную походку Брэда, с аляповатой сумкой с книгами в руках. Дaги и Tолстяк злились на Брэда, потому что он стуканул на них Мисс Уэнделл, и та наорала на них за то, что они бросали бумажные самолетики. И поэтому Дaги и Tолстяк получили записки своим родителям. Не хорошо.

– Давай разберемся с Брэдом, - с энтузиазмом предложил Дaги.

Лицо Tолстяка пылало гневом. Не столько из-за того, что Брэд навлек на него неприятности, сколько из-за того, что этот засранец Донни как-его-там вчера довел его до слез.

– Давай, - согласился Tолстяк.

Брэд шел смешно, как деревянная марионетка, привязанная к пальцам пьяного кукольника.

Брэд был калекой.

Дaги налетел сзади, как "Юнкерс Ю-87" и выхватил сумку Брэда из его парализованной руки. Они бегали кругами вокруг Брэда, прямо на углу дома Tолстяка. Брэд завыл, чуть не упал...

Дaги и Tолстяк смеялись, перебрасывая сумку через голову Брэда. Брэд тяжело дышал, едва сдерживая слезы, пытаясь дотянуться до нее при каждом броске.

– Как тебе это нравится, Брэд?
– Дaги рассмеялся.
– Мы ее не отдадим. Мы бросим ее в ручей!

– Нет!
– завопил Брэд.

– Ну же!
– умолял Tолстяк.
– Давай действительно сделаем это! Давай бросим ее в ручей!
– он сделал паузу.
– Давай заставим его плакать!

Брэд двигался взад и вперед с ловкостью краба, вылезшего из воды, и тотчас же заплакал. Даги и Толстяку это понравилось!

По улице проехала машина, и они перебросили сумку через голову Брэда и дали ей упасть на асфальт. Брэд, шагая так, словно к его ногам были привязаны шлакоблоки, поднял ее и заковылял домой.

Плачущий.

– Увидимся завтра, малыш Брэд!
– крикнул Дaги.

– Да!
– весело сказал Tолстяк.
– Плаксун!

* * *

– Да, тетя Аннабель, - в слезах прошептал я в пустую комнату.
– Я помню Брэда.

[- хайку -][149]

Ты живешь один.

Ты по ошибке набираешь свой номер

и слышишь ответ.

[- сержант Сэнд -]

– По вкусу похоже на свинину, если правильно приготовить. Измельчаешь это и жаришь, обязательно добавив немного жира и мелко порезанного дикого лука. Черт, когда ты в засаде и ужасно голоден...

Ты будешь есть.

* * *

Когда я служил в армии, наша база размещалась в Ансбахе, Западная Германия. Это было в те времена, когда еще существовали Восток и Запад. Я был танковым стрелком. Чувак, я мог сбить гребаные вишни с 4000 метров. БА-БАХ! Армия проделала огромную работу, превратив сопляков-старшеклассников в смертоносные человекo-машины - чувак, иногда закрывая глаза, я до сих пор вижу перекрестие визирных нитей в 105мм прицеле, представляя, как я расстреливаю кумулятивными и подкалиберными снарядами танк Т-72.

– Целься в шарнирную опору башни, - всегда твердил мой командир взвода.
– Затем ударь их "ХЕПом" и разнеси на кусочки этих уебков-коммуняк.

"ХЕП" - означает взрывоопасный пластик Этот снаряд поражает поверхность вражеской башни, покрывает ее пластической взрывчаткой с детонатором замедленного действия, а затем взрывается внутри. Ломает и рвет в клочья экипаж со скоростью около 1200 футов в секунду. Мы называли это хлопающими колпачками, и это были большие колпачки. Да, я был таким засранцем. Я думал, что хочу убить всех русских за свою ебнутую страну.