Оделась основательно. Этьен в третий раз не удержался от улыбки.

Никогда еще путешествие не казалось ему таким заманчивым. Ведь рядом будет сидеть красивая девушка, которая притворяется его супругой, и если убрать руку с рычага чуть в сторону, то можно положить ладонь на женское колено – такое соблазнительное даже через несколько слоев юбок…

– Встречаемся дома, - объявил Этьен матери и отчиму, и подсадил лже-Розалин, помогая ей расправить подол. – Может, тебя тоже привязать бечевкой? Как материны шляпки? – пошутил он. – Так точно не вылетишь на повороте.

– Обещаю, что не вылечу, - сказала она очень серьезно. – Я буду держаться очень крепко, - и в подтверждение своих слов она тут же положила руки, затянутые в замшевые перчатки, на скобу.

– Лучше держись за меня, - посоветовал Этьен, надевая шлем и очки и запрыгивая в машину.

Щеки лже-Розалин вспыхнули, но она ничего не ответила.

Оглушительно заревел мотор, машина выплюнула облако едкого дыма, и понеслась по дороге.

Они миновали Санреж, выехали на междугороднюю дорогу, проехали миль девять, и тут машина чихнула, заскрипела и сбавила скорость.

Чертыхаясь, Этьен нажал на тормоз и заглушил машину. Сбросив перчатки, он спрыгнул на землю, поднял крышку капота и занырнул внутрь чуть ли не до пояса.

– Что случилось? – встревожено спросила лже-Розалин

– Небольшая поломка, - бодро объявил Этьен. – Всего-то порвался ремень генератора.

Он хотел достать инструменты, и обнаружил, что она уже выбралась из машины, решительно снимая перчатки.

– Я могу чем-то помочь? – спросила девушка, волнуясь.

– Можешь, - сказал Этьен, доставая из багажа чемоданчик.

– Чем? Скажите, что делать? – она с готовностью побежала за ним, когда он вернулся к капоту.

Этьен рассмеялся, притянул ее к себе и крепко поцеловал в губы.

– Забирайся в машину, - скомандовал он, - и смотри на меня восхищенно. Больше ничего не требуется.

Он отпустил ее и достал из чемоданчика ключи и запасной ремень, а она неуверенно отступила, постояла, а потом села в машину.

Исправив поломку, Этьен вскочил на колесо и поманил девушку пальцем.

– Теперь и в самом деле нужна помощь, - сказал он. – Когда скажу, поверни вот здесь и дерни вот этот рычаг, - он не отказал себе в удовольствии и взял ее за руку, показав, что надо делать.

Кожа ее была нежной, прохладной – одно удовольствие прикасаться к такой руке.

– Поняла? – спросил он, не спеша отпускать ее.

– Да, конечно, - девушка пересела на место водителя с таким видом, будто ей предстояло объявить о предстоящем конце света.

Этьен опять нырнул под капот, проверил ремень и крикнул:

– Давай!

Генератор заревел сразу же, а лже-Розалин взвизгнула.

Позабыв захлопнуть капот, граф метнулся к ней, но увидел, что девушка смеется, закрывая лицо ладонями.

– С тобой все в порядке? – спросил он.
– Что произошло?

– Просто… просто немного испугалась! – она пересела на свое сиденье. – Это так необычно… я думала… Фу! Я такая глупая!
– она замолчала, надевая перчатки, и взялась за скобу, приготовившись продолжить путешествие.

– Что думала?.. – подсказал Этьен.

Поколебавшись, она призналась, очаровательно краснея:

– Почему-то я решила, что эта машина должна слушаться только вас, - она посмотрела на него застенчиво и весело. – Глупо, правда? Но мне до сих пор кажется, что вы – вроде как волшебник. И стоит только вам приказать, как любая жестяная банка поедет или… полетит.

– Это всего лишь наука, - хмыкнул Этьен, но втайне был ужасно доволен.

Закрыв капот, он сел за руль и сказал добродушно:

– Держись крепче. Сейчас начнется хорошая дорога, и мы помчимся быстрее ветра!

Они приехали в столицу еще засветло.

Этьен сразу заметил, что его спутница, присмирела. Ей явно было не по себе в большом городе. Граф не мог не сравнить двух женщин – если Розалин чувствовала себя в столице, как рыба в воде, этой было совсем не по себе.

Столичный дом де ла Маров находился в самом центре города, на Принцесс-авеню. Огромное здание, построенное в середине прошлого века, с колоннами и геральдическими львами – белыми на сером фоне.

– Левое крыло – твое, правое – мое, - как бы невзначай объяснил Этьен. – Дом называется Принцесс-Мар. Помпезно, но так захотелось моей бабушке. Почти всех слуг я отпустил, они мне были не нужны в твое отсутствие, осталась только одна горничная – Мирей, она оказалась не так болтлива, как остальные, и ее еще можно терпеть. Еще кухарка – мадам Бриенн, конюх – кажется, Жером, и пара приходящих уборщиц, но к тебе в комнаты их не пускали. Я боялся, что-нибудь украдут, потом выешь мне печень, как орел Прометею.