Они спустились в просторный холл, и Энджел нырнул под лестницу. Вместо кладовки там оказалась дверь, ведущая к следующей лестнице – узкой, винтовой, из шершавого черного камня. Свет сочился из серебристых прожилок в потолке и стенах; уже через минуту комиссару казалось, что замок над этой глубокой пещерой ему померещился. Единственным следом цивилизации тут были перила по внешнему краю лестницы.

– Там что-то светится, – указал комиссар. Пироман устало взглянул на него, хмыкнул и несколько бессвязно ответил:

– Главное семейное сокровище. Сейчас увидите. Почему Редферны были тем, кем стали.

"Врача бы ему", – подумал Бреннон. Лучше психиатра.

Беловато-серебристое свечение внизу усиливалось по мере того, как они спускались. Наконец ступени кончились, и Натан, ступив в просторную пещеру, коротко ахнул и замер на месте.

Сводчатый необработанный потолок пещеры переходил в отполированные до зеркальной гладкости стены. Сияние серебристых жил в камне было настолько сильным, что озаряло всю пещеру почти утренним светом. Она оказалась невелика, но в стенах было с полдюжины арок, которые вели в другие пещеры. В середине же мягко плескалось озеро, заключенное в мраморную оправу. Пироман заковылял к нему, на ходу выпутываясь из одеяла.

– Это еще что за хрень? – прошептал Бреннон. Вода в озере светилась и была прозрачной, так что виднелось дно – тоже черные камни, слоистые, бархатистые на вид, словно кожа с серебряными венками. Внизу угадывались русла подземных ручьев – озеро было проточным.

– Жила, – сказал Энджел. Он опустился на бортик и стаскивал ботинки. – Здесь выход магической жилы на поверхность. Замок был построен над ней. Редферны столетиями, поколениями пили эту воду, – он отбросил ботинки и перевел взгляд на комиссара: – Быть может, Редферны вообще уже не совсем люди.

Комиссар с опаской тронул воду пальцем. Приятно прохладная, но достаточно теплая, чтобы с удовольствием окунуться.

– Быть может, – пробормотал Энджел, – облучение портала повлияло на меня именно так из-за этого. Моя кровь сделала меня таким... а не таким, как Полина Дефо. Я не знаю.

– Так ваша семья годами облучалась этим?

– Оно не опасно. Не настолько опасно, – усмехнулся Энджел. – В монстров с рогами не превращает. С этим моя семья справилась без всякой магии.

Пироман сбросил рубашку и расстегнул брюки. За спиной Редферна Бреннон увидел низкие перильца и ступеньки, ведущие прямо в воду. Раздевшись донага, пироман встал на бортик, взялся за перила, но поскользнулся в лужице воды и, окатив Натана фонтаном брызг, рухнул в озеро.

– Эй вы!! – возопил комиссар, едва отплевался. Он мигом представил себе, что учинит Пегги, если ее драгоценный наставник раскроит себе черепушку о мраморную ступеньку. Бреннон вскочил на бортик, забалансировал на нем, ухватившись за перила. К счастью, пироман вроде плавал у дна, а не тонул, и клубов крови в воде не наблюдалось.

– Эй!

Редферн неспешно поднялся к поверхности и вынырнул. Ссадины, синяки и кровоподтеки уменьшились раза в два, будто кто-то смывал их губкой. Он взялся за перила – шрамы на его ладони разгладились и уже не бугрились багровыми веревками. Вода плескалась у груди Энджела, зализывая ожоги.

– Они заживают, – глупо сказал Натан. Он такого и в сказках не читал...

– Это все равно не слишком приятно, – пироман опустил руку со шрамами в воду. – Исцеление отнимает много сил. Если переусердствовать – можно и умереть. Зато здоровым.

– Так, может, хватит здесь плескаться?

– Пожалуй, понадобиться еще пара сеансов. Дайте, пожалуйста, подогретую простыню.

Натан нашел ее на невысоком ларе-лавке рядом с озером. Он подал пироману руку, помог выбраться на бортик, и Редферн завернулся в простыню, как гусеница – в кокон. Выглядел он заметно лучше, хотя по-прежнему – очень усталым.

– Идите, – сказал он, – к вашим услугам душевая. Вас проводят. К обеду тоже.

Пироман коротко свистнул, и прямо перед носом Бреннона из воздуха сгустился золотистый шарик.

– Я хотел бы вернуться к работе, – буркнул комиссар, едва сдерживаясь, чтобы не потыкать пушистый клубочек пальцем.

– А здесь вы как будто не на работе, – фыркнул Редферн. – Давайте, топайте. Я хочу принять ванну без вашего пристального внимания.

– Если вы так будете обращаться с людьми, то не наберете много желающих работать в вашей организации по борьбе с нечистью, – заметил Натан. Отчего-то эта идея уже не вызывала у него оторопи. Видимо, сказалось общение с Ройзманом.

– Вот для этого я и нашел вас, – безмятежно отозвался Энджел.

***

Завтрак был превосходен, и Натан решительно отмел мысль о том, кто же его приготовил, за чашкой чая с имбирным пряником. Пироман пил какой-то травяной отвар. Они сидели у камина – комиссар вытянул ноги к решетке, Редферн завернулся в плед, за окном что-то чирикало (Бреннон надеялся, что птички, хотя кто знает...) Энджел, чисто выбритый, с влажными после ванны волосами, хоть и был все еще уставшим, но выглядел куда лучше, и комиссар решил приступить к допросу.