Лось молчал.

– Ну, я пошел? – поинтересовался свин, закидывая грабли за спину. – До Кундура путь не близкий. Давай, Драк, бывай. Рад был знакомству. Жаль, что тебе так не вовремя разговор вырубили. Даже не попрощались толком. Ладно, может, еще увидимся как-нибудь. Судьба, она, знаешь ли – интересно петли вьет. Это гора с горой не сходится, а демон с демоном могут и еще раз встретиться. Ну все, пока.

Он повернулся и неспешно пошел на восток.

– Не пытайся показаться хуже, чем ты есть, – неожиданно раздалось ему в спину.

Свин обернулся.

Это, конечно же, был лось.

– Ты ведь знаешь, что надо сделать. – сказал Драк, и в этот момент у него были грустные, как у лошади, глаза. – И я знаю, что ты это знаешь, но гонишь это знание от себя. И ты знаешь также, что ты единственный, кто может это сделать – больше просто некому. Я, к сожалению, еще долго буду пленником этого звериного тела.

– Я к нему не пойду! – немедленно оскалился Жир. – Он меня тупо прибьет, ты думаешь, он простил мне эпизод с госпожой Белые Кости?

Лось сморщил нос:

– Перестань. Ты не хуже меня знаешь Психа. Он давно остыл.

– Ну и что? Да бессмысленно это все! Он не вернется. Он там, небось, клан возродил, с его репутацией он хаев рекрутит, аж шуба заворачивается, и к нему наверняка очередь на вступление стоит. Готов об заклад забиться – скоро весь остров под его контролем будет. Денег – море, жратвы – до неба, бабы – любые. Никто тебе мозги не парит, наоборот, это ты всем клизмы вставляешь. Ты бы вернулся к нашей миске для сбора подаяния, вечному отсутствию денег, закомплексованному подростку с правом делать тебе больно и боевым товарищам, которые тебе подставляют? Вот и он не вернется.

– Боевому товарищу, – поправил Драк.

– Чего?

– «Боевому товарищу», а не «боевым товарищам», – пояснил Драк. – Подставляешь его ты один, мы с Тотом такой ерундой не маемся. В отличие от тебя – мы ему не завидуем. Тот, по-моему, в принципе лишен самолюбия и карьеризма, а я и без того завидую вам всем запредельно. А ты… Ты, мне кажется, всю жизнь мечтал стать генералом, но остался капитаном. И если по поводу неудавшейся армейской карьеры ты утешал себя тем, что просто не стал прогибаться под систему, а жил так, как ты хотел, то встреча с Психом все перевернула.

Ты увидел такого же разгильдяя, как ты, точно так же посылающего всех и вся, и живущего в свое удовольствие, но при этом ушедшего несравненно дальше тебя. И ты ему не можешь простить не его коллекцию уникальных абилок и мировую славу, а вот этого непреднамеренного тыканья тебя носом в лужу. Ты, собственно, и сам уже понял, что лузером стал не из-за своего свободолюбия, а потому, что ты во многом раб своих свинских привычек. Понял, просто сам себе признаться не хочешь, и срываешь злость на Психе.

– Ни фига себе предьявы пошли! – почему-то совсем не зло хмыкнул Жир. – Интересный у тебя способ уговаривать. И ты не боишься мне такие слова говорить?

– А чего мне бояться? – по лошадиному фыркнул Драк. – Того, что ты на меня обидишься, и не будешь со мной разговаривать? Окстись, свин, я через пять минут стану верховым и вьючным животным. Да и не обидишься ты. Ты не дурак, Жир. Был бы ты дураком, классическим армейским «сапогом», тебе бы жилось намного легче. Это первое.

Ну и второе – при всем своем свинячестве, которое всех уже реально достало, у тебя есть некие границы, которые ты не переступаешь. К примеру, Тота ты бросил только потому, что попал под «Панику». В здравом уме ты бы сдох, но не убежал. И к Психу ты пойдешь. Ты будешь дико злиться, тебе реально придется переступить через себя, но ты пойдешь. Просто потому, что это та самая твоя внутренняя граница, которую тебе переступать нельзя. Если переступишь – ты себя перестанешь уважать. А себя ты любишь больше всего на свете.

– Да ты, блин, Драк, каким-то философом становишься в этом путешествии, – задумчиво сказал Жир.

– А чем мне еще заниматься? – хмыкнул лось. – Я ведь даже разговаривать ни с кем не могу, а всей работы у меня – нести на себе Четверку. Дико интеллектуальный труд. Поэтому я сейчас целыми днями думаю. Вспоминаю произошедшее с нами, осмысляю его, выдвигаю гипотезы, на их основе строю прогнозы, потом реальность вносит поправки, я провожу работу над ошибками и все начинается сначала. Вешай уже портал в Индонезию, Жир, хватит ерундой страдать. Я все равно через две минуты замолчу надолго.

– Но только я тебя сразу предупреждаю, – свин ткнул пальцем в грудь лосю. – Если Псих меня пошлет и откажется нас, его выгнавших, из дерьма вытаскивать – я сюда больше не вернусь, не жди. Сразу из Индонезии в деревню телепортнусь. Праны на портал вроде хватает, отлично. Пока, лось!

Жир повесил портал и прыгнул в него.

Где-то близ озера Лаут Тавар

В локации Ачех, остров Суматра