— Кристальные лилии растут редко и очень далеко друг от друга. Даже нельзя сказать, есть ли на Раккалоне несколько цветков, — заявил Обель с поддержкой своей кузины.

— И как нам найти вход в пещеры? Не похоже, что это будет просто, — нахмурился Ганс. — Да и если кто-то потеряется…

Какая неуверенность. А час назад все были такими счастливыми и беззаботными? И чего вообще беспокоиться? Цветок, вода и жук — тоже мне, задание.

— Тогда мы разделимся! — предложил Варис, всё ещё верный своему вечному настроению.

Итак, теперь из одной группы неорганизованных подростков появилось три. Первая — те, кто останутся в лагере, потому что кто-то да додумается помешать студентам другой академии. Честно говоря, не могу понять, почему никто так и не подумал о том, чтобы их опередить.

… серьёзно, нам-то что мешает разгромить чужой лагерь и забрать чужие предметы? Честность? Да не смешите мои тапки.

Итак, пока Хезер, Уайт и Эрика (ну, поглядите, какая из них команда защитников?) остаются в лагере и постараются собрать что-нибудь съестное, потому что мы тут на легке, я отправлюсь бродить по лесу с поисках цветка.

Итак, настал следующий день, а компания у меня всё ещё занятная. Ладно, Тайла — нормальный человек, хотя, передвигаться быстро с ней не получится. Её отделили от Обеля, потому что они — единственные зубрилы, которые могут знать, что нам нужно.

Удивительно, даже Мари понятия не имеет, как выглядит эта кристальная лилия.

Затем Ганс. Ещё одно роковое расставание. Иногда кажется, будто они с Уайтом срослись, но тащить последнего в лес… Ну нет. Заморозка это здорово, но не вдалеке от воды.

Или..? Кто знает, может, это часть магии воды.

И последний. Жозеф. Свезло так свезло, спасибо огромное. Всё благодаря Мари. Она решила, что люди, владеющие физической магией — ну, те, кто может реально защитить других в случае чего, — не могут быть в одной группе. И вот, волею судьбы, Жозефа закинуло к нам.

Не было счастья, да… да и сейчас его нет. Уже предвкушаю целый день неловкого молчания. О чём мы вообще можем говорить? Я, тихоня и жуткая заика Тайла, Ганс, который настроен дружить только с Уайтом, и Жозеф, который хочет придушить, кажется всех вокруг себя.

Ну правда, его лицо так об этом и кричит!

Мы вышли из лагеря, коротко попрощавшись с остальными. Какое-то время шли по лесу, на первый взгляд не отличающемуся от того, что рядом с Типрихсом. Деревья, кусты да трава. Это ж не джунгли с пальмами.

Со стороны Ганса раздавалось тихое шуршание — он делал схематическую как окрестностей, как мог. Тайла молча придвинулась ко мне — в этой ситуации я был её лучшим выбором. Жозеф? Ускакал вперёд и периодически поглядывал на нас через плечо.

Может, у него синдром стервозного лица?..

Мы прошлись до скал, исследовали верхушку и нашли только пару причудливых растений с чёрными стеблями. Тайла наказала ни за что до них не дотрагиваться; мы снова повернули в лес, решив передвигаться к центральной части острова. Наверняка там хоть что-нибудь да будет.

Ходьба, снова ходьба. Бесконечное снование между деревьями и попытка не потерять кучку подростков в лесу. Лучше, чем каменные джунгли, но назвать это отпуском язык не поворачивается.

Я почувствовал, как моя нога попала во что-то вязкое. Будто пудинг раздавил, а он ко мне ещё и прилип. Опустив взгляд, я увидел гусеницу. Большая, размером с кошку.

Раккалон случайно не остров огромных насекомых? Потому что иного объяснения нет и быть не может. Я поморщился — минус сапог. А смены обуви у меня и нет.

По крайней мере, я не искупал свою форму в море, как некоторые.

Ганс фыркнул, глядя, как я стряхиваю остатки гусеницы с ноги.

— С-сложно её не заметить, — покачала головой Тайла.

— Я просто задумался, — отозвался я. — Да и не привык я, что они таких размеров.

— Особенность Раккалона, — кивнул Ганс. — Но я слышал, что на южных землях полно таких существ. Спроси у Вариса — он оттуда.

— Хватит прохлаждаться, — позвал Жозеф издалека. — Мы пришли сюда потрещать?

Мы пришли сюда ходить с видом короля среди плебеев? Вот и не надо мне тут.

— Мы уже идём, — выдохнул я. — Ты лучше под ноги смотри, а не голову задирай. Цветы всё-таки обычно растут на земле.