— Кому нужно это гнилье? — блондинка закатила глаза и презрительно фыркнула. — Меня больше интересует береникина, когда она оступится и покатится прямо в тенёта Тёмного Льда. Её любимый тоже станет моей добычей. Этот эльфийский тюфяк отдаст всё, что угодно, лишь бы спасти свою суженую. Вот тогда-то я и сцапаю их обоих и заключу в Мороке навечно. Все будут завидовать мне! Поражаться моему коварству и умению верно рассчитать каждый шаг даже в такой сложной интриге! По рукам, Сияр, или ты такой же трус, как ведьма Риара?

— Так это твоими молитвами я избавился от отвратительного гнойника на безупречном шёлке моей судьбы? — удивление, прозвучавшее в голосе собеседника, изрядно повеселило Мореву.

— Конечно. Достаточно, всего лишь, было предложить ей то, чего её душа жаждала больше всего. Смотри сам, — и она показала Сияру строптивую беглянку.

Риара явно была на королевском балу. Брюнет с удивлением заметил, что она была сейчас также молода и свежа, как в тот чёрный день, когда впервые пересеклись их кривые дорожки.

— Что ж, она кажется мне вполне довольной жизнью. Значит, могу не бояться, что снова потревожит мой покой.

— Нет, эта ведьма метит в королевы. Зачем ей ты, если больше не можешь считаться лучшим кандидатом на её благосклонность?

Взвесив все резоны, Сияр решился, сделав роковой шаг в ловушку, выхода их которой ему уже не дано было отыскать.

— Хорошо, если я не совращу кхайю Беренику с помощью твоих чар, то женюсь на любой женщине, на какую укажет Снежная Госпожа Артайя. Клянусь своей душой и честью древнего аристократического рода! Твори уже свои чары, маленькая дрянь! Мне не терпится разрушить жизнь той, которая посмела мне отказать! Такого пренебрежения простить не сможет ни один мужчина!

— Договорились! — рогатая девица едва смогла скрыть собственный триумф, ведь при любом исходе этой авантюры, в выигрыше останется только она. — А теперь надень на шею амулет. Он — точная копия того, что висит у эльфа Кильдина на шее. И не вздумай проронить ни звука, пока я творю заклинания. Иначе за результат не поручусь! Как и никто из Сущих!!!

Юная демонесса выудила из воздуха нечто, кажущееся роскошным чёрным алмазом. Правда, когда она что-то неразборчиво пробормотала, драгоценность полыхнула призрачным светом и рассыпалась на снежинки, начисто лишённые серебристого света. Кисея окутала Сияра на всего несколько мгновений, а когда спутница подвела его к Ледяному Зеркалу, оттуда на него глянул синеглазый эльфийский ювелир, Кильдин, похитивший всех сердце Береники, а может, даже и душу.

Мужчина с раздражением осознал, что у него не было и призрачной надежды на шанс покорить строптивую Нику. Особенно, если учесть, что даже Изначальный не смог погасить это пламя, чтобы обрести долгожданный душевный покой.

Тёмно-каштановые волосы удачливого соперника эффектно оттеняли бездонные синие глаза и молочно-бледную кожу с серебристым отливом. Словно свет звёзд и Зимнего Солнца упал на неё, да так навеки там и остался. Голос тоже стал такого тембра, что нельзя встретить у представителя ни одной иной расы:

— И что мне делать теперь? Эта личина меня безмерно раздражает! Ненавижу длинные уши и высокомерие эльфийских лордов!

— Не беспокойтесь, повелитель. Она слезет с вас сразу, как Береника уступит вашим пылким признаниям и горячим ласкам. Только, смотрите, не переусердствуете с напором. Иначе, даже такая совершенная маскировка не поможет нам добиться желаемого результата, — дочь Артайи жадно облизнула пухлые губки, мечтая о том великом дне, когда достигнет своего совершеннолетия. Уж тогда-то она сможет творить всё, что только взбредёт в голову с оглядкой только на собственную мать. — Воскресите в памяти те далёкие времена, когда вы ещё были неопытны и совсем не искушены в делах любви и соблазнения. К-н-и-г-о-е-д-.-н-е-т

— Попробую, но, Морева, но, боюсь, что ты требуешь от меня невозможного. Моё необычное для эльфийского вельможи поведение легко сведёт все преимущества твоей маскировки к нулю.

— О, и это — не проблема, пупсик, — снежная демонесса откровенно развлекалась, издеваясь над жертвой неутолённого желания и раненого самолюбия. — Вот, выпей, — в изящных пальчиках сверкнул золотой флакон, наполненный, как казалось, серебристым туманом. — Если Кильдин и Береника — не суженая пара, то ни её дары, ни чутьё не спасут эту задаваку от грехопадения. Как только Ника уступит твоим желаниям, Тропы Ледяных Зеркал больше не станут открывать для неё Двери в иные миры. Они с её ювелиром навеки потеряют друг друга. Что потом ты будешь с ней делать, меня совершенно не касается. Поспеши. Всё нужно сделать до того, как строптивая кхайя снова продолжит свой долгий путь.

— Как долго я буду выглядеть как ушастый нелюдь? — мужчина не скрывал, что ему пришлось совсем не по вкусу, как он будет выглядеть до тех пор,

— Ничего, потерпишь, — нагло заявила Морева, презрительно кривя пухлые губы.

Снежной демонессе не было никакого дела до неудобств, что испытывает попавший в её ловушку смертный.

— Ты — глупа, как Риара. Поэтому давай поскорее закончим с этим мерзким делом! Каждый получит свои награды, и разбежимся! — страдалец повернулся спиной к наглой и не в меру прыткой девице и пошёл в сторону храма Зимнего Солнца.