Сделала вид, что поверила собеседнику. Улучила момент, когда тот отвлёкся, явно раздумывая, как лучше поступить. В это мгновение выскользнула из кольца рук и помчалась туда, куда подсказывали способности.

— Куда ты? Стой, Ника. Или ты настолько ветрена, что предпочла мне Изначального? — насколько этот человек был не похож на моего любимого Кильдина.

Эльф не стал бы ревновать и принял бы любое моё решение. Даже если бы предпочла ему Калева, Радыню или кого-то другого.

Лишь на мгновение притормозила у Двери в восьмой мир, но сразу поняла, что меня ухватили за нижний край куртки. Потом до моих ушей донеслось полное гнева рычание, больше подобающее дикому зверю, а не человеку:

— Куда же ты, радость моя? Я тебя, пока что, не отпускал… — не стала ничего отвечать, только торопливо воевала с деревянными пуговицами.

Этот голос я узнала сразу. Лучше было простудиться и остаться без добротной верхней одёжки, чем попасть в руки к Начальнику стражи Тавирры. Тот явно решил опозорить меня, добившись своего грубой силой. Вот когда пожалела, что всегда аккуратно пришивала застёжки. Петли были ещё туговаты, а оторвать кругляшки из светлого ясеня никак не получалось.

Не глядя, лягнула преследователя. Попала, видимо, аккурат, в коленную чашечку. Сияр охнул от неожиданности и чуть ослабил железную хватку. Сразу поняла, что другого шанса у меня уже не будет. Рванулась вперёд и почувствовала, как рассыпаюсь на сверкающие восьмигранники.

Внутренний голос подсказал, что покинуть эту реальность смогу лишь тогда, когда соберу сверкающие кусочки воедино и снова стану цельной. Причём, сделать это надо до того, как истечёт отпущенное мне бессмертными время и без посторонней помощи.

Снежная Госпожа Артайя сразу почуяла, что Начальник городской стражи Тавирры снова сел в лужу. Этому болвану не помогли даже тонкие чары её любимой дочери Моревы. Правда, на этот случай у неё был припасён весьма неприятный сюрприз для девчонки. Отсюда, на её памяти, ещё ни один из Искателей не выбирался. Слишком уж маленький срок был отпущен на то, чтобы пройти это коварное испытание.

Суть смертных была такова, что они были полны внутренних противоречий, что мешало им выйти победителями из этой ловушки. От личности с телом, душой и духом оставалась лишь едва заметная точка. В ней и сконцентрировалось всё. Как в недрах чёрной дыры, где вселенная сводится в след от укола булавкой на бумаге. Оставалось только ждать, когда Береника окажется в её полной власти потому, что не осилила последнего испытания.

Донельзя расстроенная Морева соткалась в тёмном углу, шмыгнула носом и пожаловалась матери;

— Этот баран Сияр ни на что не годен, мама! Он умудрился продуть даже там, где фиаско и не пахло!

— Успокойся, дитя моё. Ты славно потрудилась, а его мы примерно накажем! Как ты думаешь, кому мы отдадим этого неудачника для утех и жестоких развлечений?

— Подари его Амильнат! Все в курсе, что она без ума от человеческих мужчин! Правда, дети всегда получаются очень неудачные! Ни на что не годные! Даже без дара Серебряной Лунны!

— Пусть поиграет с ним, пока не пресытится! То же, что её наследники такие плохонькие, Морева, нам только на руку. Они не смогут претендовать на нашу власть в Окрестностях Троп Солейры и Временя!

— И то правда, мамочка! А Амильнат нам ещё и должна будет за такой щедрый дар! Хотя, на мой взгляд, весьма сомнительный! — и девица что-то пробормотала, погружая Сияра в сон, чтобы он не смог воспротивиться слишком незавидной доле.

Давняя соперница матери Моревы за Ледяной Трон питала слабость именно к смертным мужчинам. От возможности заполучить новую игрушку она отказаться не смогла:

— И что ты хочешь взамен? — главная соперница за Ледяной Трон матери юной снежной демонессы с большим подозрением посмотрела на своих мучительниц.

— О, если ты возьмёшь себе в мужья этого красавца и не дашь ему лентяйничать, он весь твой. Прямо сейчас и без других условий.

Судя по недоверчивому взгляду, Снежная госпожа Амильнат в благородство своих соплеменниц не верила. Поэтому явно ожидала подвоха:

— А почему бы тебе его не оставить себе, Артайя?

— Все просто, сестрица. Я не люблю смертных мужчин. Мне милее соплеменники. К тому же он — ключ от мира, где я заперла несносную Беренику. Надеюсь, ей, как и всем, кто там увяз, уже никогда не вырваться на волю. Их мучения дарят нашему народу дополнительное могущество.

— В любимые игрушки ещё бы взяла этого брюнета, на время, но чтобы замуж? Ты за кого меня принимаешь? — Амильнат окатила подругу и вечную соперницу за власть гневным взглядом.

— Ну, тогда отправлю его в ловушку, где увязла Ника. Ты сама отказалась от подарка. Упрёков уже не приму, что не отдала тебе Сияра.

— Да кому нужен этот изрядно побитый молью и уже совсем не юный мешок с костями? Делай с ним, что хочешь, Артайя. Мне всё равно. Хоть прямо сейчас в клочья разорви. Мне до этого хлыща нет никакого дела. Не люблю брюнетов, знаешь ли!