[1]Шимса — происхождение слова неизвестно. Значение — дикий, неопрятный, жестокий, глупый.

3.

***

Наставник проводил ее до лагеря, но сам снова куда-то ушел — возможно, договариваться о завтрашнем обратном путешествии с солдатами.

В сердце поселилось смутное неприятное чувство. То ли досада на себя за то, что бросила родных и сбежала из дома, то ли досада, что теперь так же невозвратно предстоит предать мечту о Звездной Академии и вернуться… вернуться в теплый циркус, где больной отец, сопливые братья и перспектива замужества с каким-нибудь…

Вспомнился слюнявый поцелуй Никласа. Захотелось сплюнуть.

«На то ты и Янка-Безымянка», — сказала она себе со вздохом. Удача достается таким, как Ник. А таким, как ты — худые сапожки, да «делай, как говорят».

Разве только опять сбежать…

И нестись домой, к Белуше, вперед кавалькады грифонов — а ну, как не все потеряно, и родные успели укрыться в сторожевой крепости? Или вовсе успели уйти в Первое Заполье, столицу циркуса?

Она постояла у тихого и пустого фургона. Ни шороха, ни вздоха. Бывшие одноклассники не спали — они бродили где-то по лагерю, еще не зная о случившемся.

Почему Арем рассказал только ей?

Выхода не было. Снаружи буря, в сердце — странный мутный клубок из страха, переживаний о родных и разочарований в себе.

Над головой зеленое марево…

Она бездумно брела между повозок, улавливая тихие разговоры устраивающихся на ночевку людей. Изнутри повозок людям почему-то кажется, что тряпичные стены их укрытий толще каменной стены, а снаружи все слышно. Все их тайны.

Кто-то ворчит на слугу, плохо уложившего мешки с овечьей шерстью. Кто-то выясняет отношения с супругой. Кто-то обсуждает события дня…

Обычные разговоры. Завтра все эти люди будут уже у циркуса Скальда. Их там ждет большая ярмарка, прогулки, танцы, покупки… много беззаботных веселых дней.

Во всем обозе только абитуриенты Академии были родом из Зеленых Гротов. И то не все.

Так может, в этом дело?

Наставник им не сказал, потому что думал — они все бросят и тоже помчатся домой, к родным, забыв об Академии?

Повозки остались за спиной, в этой части пещеры было почти совсем темно. Свет от зеленых светляков едва освещал стены пещеры. Стены влажно блестели.

Но она не останавливалась. Ноги несли сами, благо, обратный путь найти будет легко и просто. Свод понизился, обширный грот разделился на несколько низких черных лазов. В них соваться было боязно, Янка пошла вдоль стены, иногда касаясь пальцами сталагмитов.

Из очередной трещины в стене повеяло прохладой — там, наверное, еще пещера с выходом наружу.

Ушла она уже довольно далеко, даже свет от крайних повозок превратился в маленькое пятнышко. А там, в щели — мелькали зеленоватые отсветы и слышались голоса.

Знакомые голоса!

Так! там точно есть Никлас! И Гета… это же ее визг… да громкий такой! И другие!

Взгляд к темноте привык быстро, и Янка уже отчетливо видела низенькую, но вполне проходимых размеров дыру, через которую бывшие одноклассники наверняка в ту пещеру и проникли…

Она для уверенности подняла небольшой, но увесистый камень и тоже полезла внутрь. Из-за смутного понимания, что там происходит что-то плохое. Что-то, чего не должно происходить…

Лезть пришлось несколько шагов — почти на корточках, зато все время вверх. Выбралась и порадовалась, что от одноклассников, к слову, где-то добывших зеленого некромантского светляка, её отделяет частый забор сталагмитов…

Вот они стоят — все пятеро. Впереди Ник и Кудряшка Иган, за их спинами — девчонки. Визжала действительно Гета, когда Янка выглянула из своего укрытия, она взвизгнула снова, но скорей азартно, чем испуганно. А потом еще и потребовала:

— А можно я?!

Наклонилась, подбирая камень, и вдруг со всей силы швырнула его куда-то в угол.

Из угла раздался хриплый низкий не то шипение, не то рык — угрожающий, но Янка представить не могла, кто из знакомых зверей или существ мог бы так рычать.

Она осторожно, так и прячась за стенкой камней, пробралась туда, где стояла компания, чтобы хоть краем глаза взглянуть, что же их отвлекло даже от появления высоких магов.

А увидела — и зажала себе рот.

В углу — в зеленом свете было хорошо видно — лежал мертвый плешан. Крупный серый, покрытый щетками редкой, словно покрытой плесенью шерсти. Вероятно, забрался… а то и свалился в эту пещерку он не слишком давно, но крайне неудачно. Под брюхом разлилась черная кровь, задняя лапа неестественно вывернута, передние — подтянуты к телу…