Шрифт:
— Что — развод затягивается? — тут же смекнула она, вспомнив, видимо, как Богдан меня зажимал на парковке, когда Карина ждала меня в машине.
— Да. Трудности есть некоторые… Нужен юрист толковый, который мог бы представлять интересы в суде от моего имени.
— Ты знаешь, есть у нас такой… — протянула Карина. — У мужа есть номер, я возьму. Он с бывшей женой разводился через него. Спросить телефон?
— Да, пожалуйста, — попросила я. — И побыстрее только, хорошо? А то скоро заседание в суде, а я… Не хочу туда идти.
— Всё ясно, — ответила подруга. — Я позвоню ему прямо сейчас. В течение дня постараюсь номер достать.
— Спасибо тебе, дорогая… И… — я замолчала. Запнулась. Никогда раньше о таком не просила.
— Что? — отозвалась она.
— Я планирую уехать из города. Мне могут понадобиться деньги. Ты…могла бы мне занять на время?
— Почему ты хочешь уехать? — спросила она.
— От бывшего подальше. Мне…тяжело здесь. И я не хочу, чтобы он знал о ребёнке. — Понятно… Я, конечно, займу, если нужно. Очень жаль, что ты уедешь.
— Мне тоже, но так будет спокойнее.
— Понимаю.
— Слушай, а ломбарды же украшения принимают? — Вдруг пришла мне в голову одна мысль…
Я же могу продать украшения, которых у меня достаточно. Это же тоже деньги. Совсем про них забыла. Вот что значит — раньше нужды не было думать о деньгах.
— Конечно, — ответила Карина. — Можно продать насовсем, можно на время.
— Я тогда попробую сдать то, что у меня есть. Может быть, тогда и твоя помощь не понадобится.
— Дай бог…
— Но номер юриста ты поищи всё равно, хорошо?
— Да, конечно, Надь, — сказала она. — Прямо сейчас и пошла звонить. Перезвоню тебе. И не вздумай уехать, не попрощавшись со мной! Поняла?
— Не уеду, — улыбнулась я ей. — Ладно, жду звонка от тебя.
— Давай.
Я повесила трубку и снова улыбнулась. Хорошая всё-таки Карина, светлая какая-то, тёплая… Я буду по ней скучать. Перееду прилично далеко, вряд ли она станет ко мне мотаться. Но так, значит, легла карта… Что ж…
Я вздохнула и с тоской посмотрела на обычную чёрную офисную папку, за которой скрывалось моё заявление об уходе.
Теперь разговор с Ренатом. Идти к нему было волнительно — после вчерашнего я уже не знала, чего от него ждать. Мужчина оказался ещё более непредсказуем, чем его старший брат. Но поговорить необходимо, раз уж мы связаны работой.
Я встала, взяла в руки папку и, глубоко вдохнув воздуха несколько раз, чтобы успокоить дыхание и нервы, отправилась в кабинет Рената.
Постучала в дверь и, получив лаконичное разрешение войти, потянула дверь на себя.
Когда я оказалась внутри, встретила прямой взгляд карих глаз…
— Доброе утро, — сказала я. — Мне нужно с тобой поговорить.
— Доброе утро, — ответил он и указал рукой на кресло напротив своего письменного стола из красного дерева. — Присаживайся. Слушаю.
ГЛАВА 34.
— Вот, — положила я перед ним своё заявление на увольнение.
Ренат взял лист А4 в руки и пробежал глазами написанное.
— Гхм… — прочистил он горло и посмотрел на меня, отложив в сторону лист. — Надь, тебе вовсе не обязательно увольняться из-за…меня. Я понимаю, что произошла не самая приятная ситуация, но я всё понял. Трогать тебя больше не посмею, работать мешать не стану. Куда ты собралась? Тебе же рожать скоро.
Ренат говорил, конечно, резонные вещи. Но только я всё уже решила.
— Я хочу уехать.
Внимательные карие глаза смотрели на меня.
— Куда?
— Пока не выбрала город.
— То есть ты хочешь уехать из города?
— Да.
— На время? — Навсегда.
— И что ты там, позволь спросить, будешь делать? Без работы, жилья…
— Я продам свою квартиру и куплю в новом городе. Там обустроюсь.
— И что дальше? А кушать ты что будешь?
— Не беспокойся, Ренат, — посмотрела я в его глаза. — Я справлюсь. Это моя жизнь, мой ребёнок… Я девочка взрослая уже, сама разберусь.
— Кхм… — задумчиво потёр подбородок Ренат. — Ну вот что, взрослая девочка — ты собираешься сделать огромную глупость. Ты не выживешь одна, беременная, в другом городе. Останешься тут, и это не обсуждается.
— Я не останусь, — покачала я настырно головой, начиная сердиться.
Да что он опять лезет в мою жизнь, когда его не просят?
— Останешься, — сказал он. — Я не позволю женщине из моей семьи вытворять глупости и обрекать себя на голод.
— Ренат! Ты не можешь за меня решать.