— Ты давно тут сидишь? — поинтересовалась она, мельком глянув на время. Вот уж точно — обед перетёк в ужин. Почти что в поздний ужин.

— Как получил сообщение, сразу сюда отправился, — нехотя отпустив Миранду, ответил Тенеан.

Внимательно присмотревшись к ней, он заметил, что на правой руке было нечто, напоминавшее длинную перчатку, но, похоже, выполнявшее фиксирующую функцию. Лицо выглядело немного бледноватым, а ещё Миранда явно старалась поменьше опираться на правую ногу, однако же в остальном она выглядела вполне приемлемо.

— Это же сколько времени… — пробормотала взволнованно, прикидывая, когда могла тут оказаться и сколько надо времени, чтобы добраться до больницы. — Ты ведь мог подождать меня в мастерской, я бы вернулась. Не тратить время просто на сидение тут…

— Я бы извёлся там! Тут тоже спокойно не было, но там ведь куда дольше ждал бы тебя. И ничем заниматься бы не смог всё равно, вернее сломал бы что-нибудь. Или сам сломался… — Тенеан прикрыл глаза рукой, у него снова поднимался в голове шум. Как бы это не служило сигналом о возможных неисправностях. Он даже не предполагал, что способен так сильно нервничать. Казалось, система готова вот-вот выйти из строя от всех этих эмоций. — Что вообще случилось? Почему ты сюда попала?

— Я расскажу по пути назад. Мне что-то… Хочется домой.

Они вышли из больницы, держась за руки. Тенеан нёс инструменты, а Миранда, сдержав слово, говорила о случившемся. Сначала она рассказала о своей встрече с неисправным андроидом, потому как это было последним воспоминанием до больницы. Всё, что помнила Миранда — как она, закончив устранение неполадок и включив пострадавшего, поднялась, оступилась и поняла, что падает, а что потом — пустота. Когда очнулась, ей сообщили, что она была сбита автобусом, и хотя жизни теперь ничто не угрожает, потребуется несколько дней, чтобы кости окончательно срослись. Ко всему прочему, из-за повреждений головы некоторое время нельзя спать в капсуле, так что дома будет установлена кровать. Конечно, отличающаяся от тех, что были в прошлом, но — Миранда снова не сдержала улыбку — ведь никто не запретит ей отключить использование газа, чтобы попытаться спать так же, как это делали раньше.

— Не знаю, что из этого выйдет, н-но ведь… Если попробовать, хуже не будет? Кстати, я ведь работать не могу, пока это, — она кивком указала на правую руку, — не снимут. Мы могли бы… Сходить за новым букетом… — Миранда, открывая дверь, смущённо отвела взгляд. Почему смущённо — она и сама не понимала, но уверенность неожиданно куда-то делась, а мысли путались.

— Всенепременно, но завтра, пожалуйста, просто отдохни, — устало попросил Тенеан, не замечая её неуверенности — слишком устал, слишком вымотался эмоционально.

Она кивнула в ответ, слабо улыбнувшись, и тут же поспешила наверх, дабы посмотреть, как же выглядит та самая кровать, о которой сообщали в больнице. Это оказалось нечто, напоминавшее по форме капсулу, но лежачую и обрезанную. Внутри, как и полагается, были обнаружены матрас и подушка — одеяла не наблюдалось, очевидно, необходимая температура поддерживалась и без него. В изголовье располагался пульт управления, изучением которого и занялась Миранда, ожидая ужина.

Сказать по-честному, она немного увлеклась процессом настройки, так что Тенеану, уставшему от безрезультатных попыток окликнуть её, пришлось подойти и дотронуться до плеча. Миранда вздрогнула от неожиданности, а он испуганно отдёрнул руку, подумав, что своим действием причинил боль, ведь знал, что хозяйка беспричинно не дёргается, просто-напросто не догадываясь, что возвращающиеся чувства могут изменить и этот момент.

Ужин проходил в неловком молчании — Миранда никак не могла понять, почему Тенеан избегал смотреть ей в глаза, не начинал по обыкновению говорить о чём-то отстранённом или не очень, при этом сев дальше, чем обычно, и спрятав руки под столом.

Тенеан, по правде говоря, тоже ничего не понимал, при этом чувствуя себя в чём-то виноватым. Откуда взялась подобная мысль — неизвестно, что ситуацию по факту только усугубляло. В конечном счёте робот, издав странный вымученный звук, сложил руки на столе и устроил на них голову, прикрыв глаза.

Миранда растерялась. Тенеан и раньше так делал, она помнила, вот только это раньше было ещё до её «очеловечивания», и тогда робот пускай и выглядел расстроенным, что вполне очевидно в его ситуации, но не более. Сейчас же сердце защемило от беспокойства, заставляя подняться с места, подойти и положить левую руку на спину, наклоняясь.

— Что случилось? — тихо спросила она, не зная, как правильно поступить в этом случае и решившись довериться ощущениям, прислушавшись к ним.

А ощущения говорили, что нельзя оставлять всё как есть, надо проявить участие, потому как точно что-то не так. Надо помочь, надо позаботиться, надо поддержать. Поддержка нужна всем — почему-то Миранда была в этом уверена. Чувствовала это.

— Не знаю, — глухо отозвался Тенеан, не поднимая головы. — Наверное, всё будет нормально, если отдохну. Надо привести мысли в порядок.

Миранда напряжённо поджала губы. Замыкается. Она ясно почувствовала, что он начинает уходить в себя. Почему? Наверное, надо проявить больше инициативы, настойчивости, но осторожно, не принуждая, не давя. Как же всё это сложно.

— П-посмотри на меня, — попросила, выпрямляясь, — пожалуйста.

Действуя с какой-то заторможенностью, Тенеан всё же исполнил просьбу. Аккуратно, но всё же настойчиво, Миранда заставила его встать, схватив за плечо и потянув вверх. Теперь наступил её черёд затормозить, но, сделав пару глубоких вдохов, она прижалась к роботу, неловко обняв рабочей рукой. Обычно равномерное жужжание, заменявшее у него биение сердца, сейчас не было таковым. У системы были перебои в работе.