Промысел Божий, никак иначе.

Снова на философию потянуло. Такими темпами и за мемуары сяду.

Два билета на Фиджи в руках, личное бунгало забронировано и уже с нетерпением ожидает гостей. Сердце греет бархатная коробочка, содержимое которой до изнеможения хочется надеть на тонкий пальчик и выдохнуть, услышав заветное «я согласна». Другого варианта ответа быть не может, а если и может, то не примется. Я намерен жениться на этой женщине и меня остановит только огненный дождь.

Осталось переждать ночь, а завтра вечером мы улетим в тёплые края, где нет никого на километры вокруг. Только мы вдвоём. И если Аня запротивится, не захочет пойти за меня, тогда придётся ее неторопливо, но страстно убеждать.

Так, лучше об этом не думать...

Из торгового центра поехал домой. Хотелось выспаться, собраться с мыслями, придумать речь, в конце концов. Побороть этот дикий мандраж, потряхивающий жилы. Между делом я отправлял Ане несколько смс, но ответа все не было. Наверное, с роднёй заболталась, все-таки давно не виделись.

В доме не стал включать свет. Мне казалось, если включу, то ощущение пустоты только усугубиться. Полнолуние в достаточной мере проливало желтый свет сквозь витраж, чтобы ориентироваться.

Стянул с себя рубашку и прошёл в кабинет. Проверю почту, душ и спать. Присутствует какое-то эмоциональное истощение, хочется растянуться на постели и ненадолго упасть в небытие.

Но работа меня засосала на несколько часов. Очнулся, когда затекла шея и заболели глаза. Все, достаточно. Поднял телефон.

Оу... два часа ночи, засиделся. От Ани так и нет ответа, зато есть десяток пропущенных с незнакомого номера. Последний пять минут назад. Что за фигня? Снова звонит.

– Слушаю.

– Давид! Наконец-то ты взял трубку!

– Софья Андреевна?
– искренне удивление от звучания тревожного женского голоса резко сменилось нехорошим предчувствием.

– Анечка, кажется, в беду попала, - продолжала надрывно лепетать ее мама.

На этих словах меня обдало жаром. Всплеск адреналин смыл усталость, заострил внимание и ум.

– Что случилось?
– прижимая телефон плечом, я накидывал рубашку и выбегал из дома.

– Я... я не знаю. Все было хорошо, потом кто-то пришёл. Ее не было всего минут пятнадцать, а когда она вернулась, то собрала чемодан и уехала. Ничего не объяснив! Сказала, чтобы я не ждала, что вернётся через пару месяцев.

– Что?!
– взорвался я и ударил по газам.
– Давно она уехала?!

– Уже часа три прошло...

– Софья! Андреевна! Почему вы мне сразу не позвонили?!

– Она просила не говорить тебе об ее отъезде. Мне показалось это странным, ведь у вас все хорошо. Вы же любите друг друга, я не могла ошибиться?
– потеряно тараторила женщина.

– Не могла! Буду через двадцать минут. Ждите.

Руки дрожали так, что не попадал по экрану телефона. Что за хрень творится!

– Да?
– сонное.

– Заза! Брат! Срочно! Аня куда-то делась, вероятнее всего уехала из города. Проверь все рейсы в аэропортах и вокзалах, уходящие в период с одиннадцати вечера.

– Направление?

– Во всех направлениях. И отзвонить, как только что-то узнаешь.

– Понял, брат.

– А я вот нихрена не понимаю, - проговорил уже сам себе.

Возле дома Березовских оказался быстрее, чем планировал. Софья Андреевна ждала меня на крыльце и в белом халате напоминала приведение. Неподвижное и угрюмое. Не нравится мне эта траурность, что за дела?

– Давид... я чувствую, с моей девочкой приключилось что-то дурное.

Хотел я ей сказать, что надо было думать, когда дочь с чемоданами из дома выпускала, но сдержался. Видит Бог, из последних сил сдержался.

– Где можно посмотреть запись с камер видеонаблюдения?
– спросил немного резче, чем стоило. Она вздрогнула, словно ее пихнули в бок, и пришла в движение.

– Идём, покажу.

Мы торопливо прошли через весь дом к кабинету ныне покойного главы семьи. Пока загружался компьютер, я прикидывал варианты кто бы мог приходить к Ане? Из подружек у неё только Ева, но и этой оторвы достаточно, чтобы сподвигнуть Аню к какому-нибудь дурацкому поступку. Тем более что у неё самой характер будь здоров.

Артём? Нет, этот сопляк не мог.

Кто ещё?

– Не знаю, Давид. Нет такого человека, с которым бы она могла уехать на ночь глядя.

Я сперва удивился ответу, а потом понял, что все это время рассуждал исключительно вслух. Хорошо хоть не матом.

– Ничего не понимаю. Тут всегда было видео, а теперь только чернота, - рассеяно клацала она мышкой, безуспешно пытаясь восстановить соединение с камерами.

– Все видеонаблюдение, фиксирующее входную дверь, предусмотрительно обесточили. Версия с Евой и Артемом отпадает сама собой. Это кто-то достаточно продуманный...