Это был какой-то бассейн с жидкостью. Вкусовые и другие рецепторы-анализаторы моего тела определили, что жидкость - некий физиологический раствор, по физико-химическому составу близкий к морской воде. Как известно, детеныш странников растет и набирается сил в водной среде. Так что я попал в благоприятную стихию. Раствор благотворно действовал на мои раны, они стали затягиваться. Я набирался сил. Но все равно состояние мое было тяжелым. У меня не осталось ни пылинки эктовещества, чтобы сотворить из него внешний эффектор, позволивший хотя бы осмотреть себя снаружи. Но я и так знал, что выгляжу ужасно. Я чувствовал, что глазеры мои выдраны с корнем, раны мои в тех местах еще сильно болели. Боевые раны тоже ныли временами нестерпимо. Итак, я был немощен и без оружия. Один вопрос сверлил мне мозг: где я нахожусь? Среди друзей или среди врагов? В больнице или темнице?

Скорее всего, - в больнице, которая находится в темнице. Предположение, что я нахожусь в плену у врага, основывалась на тех фактах, что все каналы, связывавшие меня с миром, каким-то образом были перекрыты и что держат меня в темноте. То есть, попросту морят голодом. Ведь солнечный свет для нас, хлорофилловых, гелиоядных существ, - основная наша пища. Как растения, мы питаемся светом. Без живительных лучей солнца мы умрем с голоду. Только кибернетический механизм, который может долго храниться в темном чулане без всякого вреда для себя, способен так легкомысленно относиться к вопросу освещенности помещения.

Хотя не исключено, что это холодный расчет, в надежде сломить мою волю. Я одного только не могу понять, кому и зачем понадобилась моя персона? Известно, что механоиды пленных не берут. За редким исключением, когда поступает приказ свыше. Уж ясно, откуда он поступил... В таком случае, я предпочел бы погибнуть в бою. Быстро и не так болезненно, а главное, почетно.

Пока я строил различные предположения относительно дальнейшей своей участи, внезапно заскрежетали скрытые механизмы, поднялись какие-то заслонки, и из внешнего пространства, от которого я был отделен, ударили снопы света. Это был болезненно-резкий, ослепительно-белый свет, бьющий, казалось, со всех сторон. Я прикрыл глаза светофильтрами и огляделся. Мое тело находилось в бассейне, вернее, аквариуме для кита. Для такого кита, как я.

Хотелось взлететь, но вверху решетка из толстенных прутьев удерживала меня. Сквозь прозрачные, но прочные (я попробовал) стенки, мне стал виден огромный машинный (?) зал. Кругом ползали и летали роботы различных модификаций, узко и широко специализированные: рабочие, строители и солдаты. Каждый был занят своим делом, никто не обращал на меня внимания. Но, надо думать, что с минуты на минуту мною займутся. Я собрал свои душевные силы в образный кулак, физических сил пока у меня не было, и стал дожидаться... чего? Кого?

Появились крабообразные роботы, осмотрели меня, подтащили к аквариуму некие приборы, приладили к нему различные кабели. Для профилактики слегка долбанули меня током. Я дернулся, всколыхнув воду в тесном объеме бассейна, как какая-нибудь касатка. Жаль, что кусаться мне было нечем.

Они подключили меня к чему-то, наверное, к своей кибернетической системе. Догадка моя сразу же подтвердилась: я услышал сигнал. Меня вызывали в киберпространство. Я обратил свою чувства внутрь себя и оказался в своем виртуальном доме. В мою дверь стучали. Дверь, конечно, можно не открывать, но ее выломают рано или поздно. К тому же мое тело в их руках, то есть манипуляторах. Я отворил дверь.

На пороге стоял невзрачный человечек, примерно мне по плечо, в длинном, до пола, одеянии типа кимоно. Он вилял бедрами, как при исполнении танца живота, или хотел по-маленькому.

Я молча пригласил его войти. И тогда гость приподнялся, и стало видно, что вместо ног у него змеится блестящий чешуйчатый хвост. Это был неизвестный мне гад.

– Шуанс-шша, - прошипел он, что, в переводе с гадского языка, означало - "Благостный день".

Ему было явно неприятно смотреть на меня снизу вверх, и он увеличил свой масштаб так, что головой уперся в потолок. Совсем как Алиса во время ее экспериментов со своим ростом.

– Вам, наверное, так неудобно?
– спросил я.
– Вы мне так все балки посшибаете...

Визитер внял разумному доводу и сравнялся со мной в росте.

– Можете называть меня Судьей, - слегка поклонился он.

– А я Феникс...

Представившись, гад принялся осматривать мое жилище. В его взгляде светилось нескрываемое любопытство. Конечно, это был не сам Судья, а лишь киберпространственная его ипостась. Настоящий Судья был где-то далеко, вне пределов досягаемости. Но это не просто маска, искусственный супермозг использовал математические модели реальных существ как каналы общения.

Судья объяснил, что одним из его излюбленных хобби является моделирование личностей. Можно назвать их шаблонами. У него есть даже целая коллекция психошаблонов. И уже заготовлено место для людей, в том числе и для меня.